Руби вздрогнула и не смогла отвести взгляда от его рта. Она обвила руками его шею и несколько раз поцеловала его в губы.
– Я хочу тебя.
Он улыбнулся:
– Я хочу тебя больше.
Она наклонилась и погладила рукой его член:
– Хм, что тебя так завело?
– Ты.
Лукас немного опустил шезлонг, раздвинул ноги Руби и встал между ними на колени. Он погладил ее через трусики бикини, и она напряглась от предвкушения. Потом он отодвинул трусики в сторону и прикоснулся губами к ее плоти. Он пробовал ее на вкус и дразнил, а Руби рыдала от удовольствия, содрогаясь всем телом.
Наконец ей удалось сесть прямо.
– Ты должен ответить за то, что из‑за тебя я едва не потеряла сознание. – Она спрыгнула с шезлонга. – Ложись!
Лукас устроился в шезлонге.
– Мне следует нервничать?
– И как можно сильнее.
Он вздрогнул и втянул носом воздух.
– Жду с нетерпением.
Руби покрывала поцелуями его грудь и живот, а потом стала ласкать его член.
– Ты меня мучаешь, – простонал он и схватился руками за края шезлонга.
– Я стараюсь. – Она опустилась на колени рядом с ним и продолжила чувственные ласки.
Лукас снова вздрогнул и тихо выругался, содрогнувшись от предвкушения. Она слушала, как его стоны становятся все громче, наблюдала за быстро меняющимися эмоциями на его лице: агонией, экстазом, возбуждением и расслаблением.
Лукас открыл глаза и повернул к ней голову. Одной рукой он осторожно коснулся ее носа, губ и подбородка.
– Это было удивительно. Ты великолепна.
Руби пожала плечами:
– По‑моему, неплохо для новичка.
Он нахмурился:
– Ты имеешь в виду, что никогда?..
– Нет. Ты первый партнер, которого мне захотелось так приласкать. Раньше это казалось мне неправильным.
Он отвел волосы от ее лица и задумался.
– Я этого не забуду. Вернее, я не забуду многого, что произошло на этой неделе.
Руби села на край шезлонга рядом с ним и провела пальцами по его предплечью.
– Все происходит так быстро…
– Да. – Наступило молчание. – Руби? – Он погладил пальцами ее плечо, руку и запястье. – Спасибо, что была со мной на этой неделе. Мне требовалось время, чтобы решить, как жить дальше. – Он печально улыбнулся. – Если бы ты не приехала в Ротвелл‑Парк и не попросила устроить свадьбу Дельфины, я бы, наверное, до сих пор сидел в библиотеке один и размышлял.
– Почему ты попросил меня поехать с тобой?
Он покачал головой, словно придумывая подходящий ответ.
– Надо было проверить работу строителей. Честно говоря, я не хотел, чтобы между нами произошло что‑то подобное. – Он лениво провел пальцем по изгибу ее левой груди. – По крайней мере, так я себе сказал. Но мне было трудно не целовать и не хотеть тебя. А когда выяснилось, что ты тоже хочешь меня, я закрутил с тобой интрижку.
– Значит, у нас интрижка? Я думала, у нас соглашение. – Руби говорила легким и дразнящим тоном.
Он усмехнулся:
– Я уже не знаю, как это называть. – Он задумчиво провел пальцем по ее нижней губе. – Ты не похожа ни на одну мою любовницу.
– Потому что я ни разу в жизни не ходила по подиуму и вряд ли когда‑нибудь по нему пойду.
Лукас нежно сжал ее руку:
– Не надо так строго относиться к себе. Я встречал сногсшибательных женщин, которые надоедали мне за считаные секунды. Ты красивая и интересная. – Он погладил ее по щеке. – И такая сексуальная, что я не могу не прикасаться к тебе.
Руби задалась вопросом, сочтет ли он ее красивой, когда к нему вернется зрение. Она не была привлекательной, как его любовницы‑модели. Она привыкла сомневаться в себе после того, как мать и ее многочисленные мужчины высмеивали ее внешность. И если Лукас считает ее такой неотразимой, зачем он установил строгие временные рамки для их отношений?
Руби тихонько вздохнула:
– Ты мне льстишь. Мне не говорили так много приятных слов за всю мою жизнь.
Лукас продолжал держать ее за руку.
– По‑моему, твоя бабушка скупа на комплименты, но она любит тебя и очень гордится тобой.
– Я знаю, но все равно чувствую себя недолюбленной. Если моя собственная мать не любила меня, то кто еще мог меня любить?
– Я понимаю, что ты чувствуешь. – Он успокаивающе поглаживал большим пальцем тыльную сторону ее ладони. – Но неадекватность твоей матери не должна определять твою дальнейшую жизнь. Пусть она не умела любить тебя или кого‑то еще, но многие другие люди любить умеют.
Но Лукас не один из них, верно? Руби ему нравится, но он не любит ее так, как она хочет.
Зазвонил мобильный телефон.
– Это меня, – сказала Руби и взяла саронг. – Мне надо ответить. Это может быть бабушка.
Она добралась до своего телефона на столе на вилле и увидела, что ей звонит Аэрин.
– Привет, Аэрин!
– У меня есть хорошие и плохие новости. С чего начать?
– Выкладывай плохие новости.
– Дельфина хочет ускорить свадьбу.
Руби нахмурилась:
– На сколько дней?
– Она хочет выйти замуж в следующий уикэнд.
– Следующий уик‑энд? – пропищала Руби. – Ты серьезно?
– Очевидно, график съемок фильма внезапно изменился, поэтому свадьбу придется перенести. Мне кажется, нас ждет кошмар, но мы справимся. Харпер не против ускорения. И у нас нет других заказов на следующий уик‑энд, поэтому мы обязаны уступить Дельфине.
