Здесь я чуть было не перебил г-жу Глейзер – и не какой-либо связной репликой, безразлично, уместной или не слишком, – но громким, самопроизвольно исторгнутым восклицанием на манер «А-га-а!». Восклицание это призвано было подавить/подменить собой произнесение вслух вопроса, который занимал меня, чуть только я принялся за чтение упомянутых здесь юридических бумаг, а тем более – после услышанных мною пояснений: я желал бы понять, что́ именно известно г-же Глейзер о сути приглашения, которое взялся организовать ее клиент?
Вопрос был глупый, макабрически смешной – и к тому же чрезвычайно легкий для ответа: ничего. Не существовало ни малейших поводов для сомнений в том, что г-жа Глейзер ничего не знала и не любопытствовала узнать о характере деятельности «Прометеевского Фонда». Иначе и быть не могло. К тому же я был осведомлен, что́ подразумевается под «восстановлением документов»: лет 10–15 тому назад эта – новая тогда – услуга стоила относительно недорого, и, по рассказам Кати, множество наших компатриотов таким образом «восстанавливали» свои дипломы об окончании медицинских факультетов. Когда я услышал о «восстановленных» документах для
Г-жа Глейзер нахмурилась и, переждав сколько-то мгновений, продолжила:
– Когда мы закончим наш сегодняшний разговор, г-н Усов, вам надо будет заполнить еще одну краткую анкету с указанием полного имени приглашаемого лица и некоторых других данных, если они вам известны. Ее мы отправим в одно из бюро по восстановлению утраченных документов. В Российской Федерации, на Украине, а может быть, в Таджикистане или в… э-э-э… Республике Молдова…
Я вновь едва удержался от того, чтобы не хмыкнуть, но г-жа Глейзер осадила меня взглядом и довольно сердито перебросила – одну за другой – две карточки на адресной вертушке.
– …с которыми мы сотрудничаем на территории бывшего СССР. Они восстановят паспорт и всё прочее.
– Можно будет оформить гостевую визу на полгода! – закричал я, потому что больше не владел собой. – А потом обратиться за «зеленой карточкой»!
– Боюсь, что нет, – тихо и миролюбиво возразила г-жа Глейзер. – Обязательным требованием нашего клиента является получение приглашенным лицом статуса постоянного жителя. И я, как адвокат, вполне понимаю, на чем основано такое требование. Вы, конечно, согласитесь, что в отношениях людей между собой ни за что ручаться нельзя. У приглашенного лица – и, следовательно, у нашего клиента – должна иметься гарантия, что в случае, если лицо приглашающее по каким угодно причинам в одностороннем порядке прервет отношения с лицом приглашенным или, во всяком случае, не сможет или не пожелает больше содержать его, то приглашенное лицо будет вправе рассчитывать на какую-либо работу, социальные выплаты и тому подобное. Мой клиент не считает разрыв отношений между приглашенным и приглашающим достаточным основанием для того, чтобы вынудить приглашенное лицо возвратиться в то место, откуда оно прибыло по приглашению. Это было бы очевидным нарушением его человеческих прав.
Я выразил полное понимание и согласие.
– Но тем не менее, – подчеркнула г-жа Глейзер, – заранее предупреждаю вас, господин Усов, что в случае возникновения таких причин, которые мой клиент сочтет достаточными и оправданными, визит может быть прерван им в любой момент. Уверена, вы обсуждали этот предмет с представителями моего клиента. Среди причин, могущих привести к аннулированию нашего договора, я обращаю ваше внимание на те, что находятся в зависимости от состояния здоровья всех и каждого из заинтересованных лиц, непосредственно связанных с данным приглашением, а именно – приглашающего и приглашенного. Руководство Фонда, чьи интересы я представляю, обязалось заблаговременно во избежание непредсказуемой ситуации позаботиться о том, чтобы приглашенное лицо в случае серьезной угрозы его здоровью или здоровью приглашающей стороны было немедленно отозвано – без предварительного уведомления, что особо оговаривается в контракте, который вам предстоит подписать. Вам также предстоит пройти медицинское обследование.
