Догадайся, чем я сейчас занимался? Писал новогодние поздравления. Написал и тебе, и сестре Кунимицу. Всего восемь открыток. Так что по-своему я вполне светский человек.
Мой парижский братец прибудет двадцатого. Собирается со мной увидеться. Он прилетит с женой. Мне хотелось бы познакомиться с ней, но это, увы, несбыточная мечта. Детей у брата нет, и он, хотя, конечно, это не самая лучшая замена, очень заботится обо мне. Но он уже больше десяти лет живёт во Франции, и в его голове многое сместилось, к примеру, он опять спрашивает — не привезти ли мне в подарок сигареты? Может, во французских тюрьмах и разрешают курить, но у нас это строго-настрого запрещено.
Никак не могу уснуть. Поэтому снова взялся за письмо. Пишу лёжа на животе, да и лампа светит еле-еле, поэтому строки ползут вкривь и вкось. Прости.
Моя душа далека от того, чтобы быть свободной. «Не отдавай душу свою Божьим творениям, старайся обрести истинную свободу», — наставлял меня мой учитель Пишон, и я пытаюсь этому следовать, но не всегда успешно. Душа обретает покой лишь тогда, когда она действительно свободна, когда мнение окружающих не имеет для тебя абсолютно никакого значения.
Именно к такому покою я и стремлюсь. Мне хочется жить так, чтобы взор легко проникал за пределы этого вульгарного мира, чтобы там же пребывала душа. Но у меня ничего не выходит, пока не выходит. До полной свободы мне ещё далеко.
Моё будущее предрешено. Но когда бы ни пробил мой час, всё оставшееся время я хочу быть свободным по крайней мере с тобой.
Милый друг, пожалуйста, молись за меня.
Вчера мне было как-то не по себе. Но сегодня я чувствую себя прекрасно. Наверное, потому, что ночью ты приснилась мне маленькой девочкой, школьницей, и этот сон развеял мои мрачные думы. В ушах до сих пор звучат твои слова. «Я вся перед тобой как на ладони», — сказала ты и тут же исчезла вдали хрустальным лучиком света. Это был странный, но очень приятный сон. Я всё понял. Благодаря тебе я впервые узнал, что значит «верить людям». До сих пор самой большой мукой моей жизни было как раз то, что я никому не мог верить. А теперь я знаю — ты меня никогда не предашь, какие бы перемены в наших отношениях ни произошли, пусть ты выйдешь за него замуж, пусть закончишь университет и кем-то там станешь, пусть даже я умру… И это для меня самая большая радость. Мне потребовалось тридцать девять лет, чтобы найти ту, которой я могу верить на сто процентов. Какими же ложными, извилистыми путями человек идёт по жизни!
