Мужчина стоял, опираясь на дверной косяк. Если кто-то захочет войти или выйти он легко этому помешает.
— Здравствуй, Рик.
Антония обернулась и спокойно посмотрела на своего друга. А ведь она почти два года была уверена, что он мертв.
Он выглядел не так как раньше. Не улыбался. Глаза смотрели мрачно и обозлено. Должно быть, последнее время жизнь его не баловала — от прежнего обворожительного парня с прекрасной фигурой осталась только кожа да кости. Волосы, которые он постоянно состригал, оставляя лишь несколько миллиметров, сейчас неровными прядями свисали вокруг лица.
Но, так или иначе, это был он.
— О, так ты еще помнишь мое имя. Впечатляет. — Он улыбнулся. — Я уж думал, что у тебя просто амнезия, и поэтому ты себя так ведешь.
— С головой у меня все в порядке, если тебя это интересует. — Она помолчала, глядя на него. — Где ты был? Я была уверена, что ты мертв.
Он оттолкнулся от двери и подошел к ней.
— Я выживал.
— Почему ты не дал о себе знать?
Он легко провел рукой по ее щеке.
— Не хотел, чтобы ты пострадала, любовь моя. Если бы знал, что своим молчанием толкну тебя в его объятия, то скорее сам бы тебя убил…. Или его.
Антония отвернулась и взяла букет.
— Значит, ты за этим сюда пришел?
Он стал почти вплотную к ней, и их взгляды встретились в зеркале.
— Ты выбрала его из-за меня или назло мне?
— Рик….
— Ты любишь его?
Его руки впились в ее талию — синяки от его пальцев, безусловно, останутся.
— Да.
— Любишь. — Он прикрыл глаза. — Почему же ты никогда не любила меня?
Она обернулась к нему.
— Рик….
— Молчи. Не хочу ничего знать.
Он оттолкнул ее протянутую руку.
— Ты готова любить кого угодно, но не меня. Я простил тебе Лукаса, но он…. — Его руки сжались в кулаки. — Еще увидимся, любовь моя.
И он вышел из комнаты.
Антония еще долго смотрела на закрытую дверь, пока не осознала, что свадебный марш уже давно играет, и всех удивляет эта заминка. Еще не поздно остановиться.
Ее рука скользнула туда, где еще недавно была его. Нет, теперь уже обратной дороги нет. Антония вышла из комнаты, отбросив все сомненья.
Венчание прошло так, как и должно было пройти. Никто, даже последний скептик, не усомнился в его подлинности.
Не усомнился в нем и Густаво Сарес, который рассчитывал заняться делами семьи в сложившейся ситуации.
Александру Морти увезли в отель Swissotel.
Все остальные — и молодожены, и гости, отправились в отель Drake (140 E.Walton Place Chicago Illinois, 60611 USA), на празднование свадьбы.
Есть свои плюсы в том, что поручаешь организацию приема или вечеринки, или, как в данном случае, свадебного пиршества, администрации отеля и специально нанятым организаторам свадьбы. Пока они думают о том, как все сделать так, чтобы угодить всем, ты отдыхаешь. Если же при этом дать им полную свободу действий и неограниченные денежные источники, то твой праздник вообще обещает быть незабываемым.
Когда Антонию поздравляли с удачно организованной свадьбой, ей оставалось только улыбаться. Разве имеет значение то, что она только платила?
Гости начали рассаживаться за столы. Зазвучали тосты, и лишь немногие из них были искренни. Прошло полчаса, и главы семей один за другим начали покидать это веселое собрание, и подыматься в пэнтхауз, чтобы обсудить все свои вопросы.
Антония и Доминик вошли последними.
— Итак, господа. — В наступившей тишине отчетливо слышался негромкий голос Филиппа Мореско. — И, конечно же, дамы. — Он еле заметно улыбнулся Антонии. — Думаю, можем начинать.
Все собравшиеся устремили свой взгляд на Антонию. Безусловно, они ожидали, что она, наконец, расскажет о своих планах, и хоть как-то объяснит то, что до сих пор бездействовала. Неужели ей и вправду нет никакого дела до семьи, и поэтому до сих пор она была столь спокойна. Или же все дело в том, что она не смогла выяснить, кто же виновен во всем случившемся с ее семьей, и теперь возложит эту обязанность на своего мужа?
Антония, не спеша, оглядела устремленные на нее лица.
Она знала, чего они ждут.
Пройдя в другой конец комнаты, Тони расположилась в кресле у окна. Теперь она видела не только всех собравшихся, но и дверь. Справа от нее из открытой двери балкона в комнату входил свежий воздух. А под балконом ждал подъемник. Уже через несколько минут он подымится на крышу отеля, где своих пассажиров ожидает вертолет.
— Сегодня нам предстоит решение нескольких вопросов. Одни из них важны, другие — не очень. Но прежде чем мы перейдем к ним, я думаю, нужно определиться с позицией моей семьи.
Некоторые из собравшихся согласно закивали головами.
Доминик незаметно переместился ближе к дивану в другом конце комнаты.
Антония подняла руку и махнула охраннику у двери. Он кивнул и вышел. Все недоуменно смотрели на эту сцену. Прошла минута — все молчали. Но вот дверь снова открылась, и в комнату вошли охранник и Густаво Сарес. На лице последнего играла довольная и, можно сказать, победная улыбка.
Он прошел в комнату и, кивнув Антонии, сел в незанятое кресло.
