А я надеюсь, что никогда не пожалею об этом.
Январский день куда светлее рождественского, и всё же в этом здании я чувствую себя неуютно. Здесь темно постоянно, как ночью, хотя на окнах нет стёкол, а на некоторых этажах холодный ветер пробирается сквозь разрушенные стены.
Несмотря на это, я медленно, хватаясь за больную ногу, добрался до пятого этажа, каждый метр исследуя так, будто именно он был местом убийства. Оказавшись на четвёртом этаже, понял, что всё произошло именно здесь. Даже после прихода гвардии здесь было чище, чем на остальных этажах, в дальней части прохода, за поворотом, следов было слишком много, расколотые кирпичи лежали у стены, будто их бросили в стену в ярости. Кажется, именно так всё и было…
Никто из гвардейцев не знал, что потребовали преступники у Августа. Никто, кроме меня.
На похоронах была почти вся Легенда, вся семья Августа и несколько его приятелей из преступного мира, что не разыскивались гвардией. Был и ещё кое-кто…
Они скрывались в тени и прятались не только от гвардии, но и от Легенды. Никто не обратил внимания на скрип снега за деревьями и чужие следы. Я же заметил их сразу, как только почувствовал спиной колючий внимательный взгляд. А после похорон, когда все разошлись, не замечая из-за помутнённых от слёз глаз мелких деталей, я незаметно оторвался от толпы и ушёл к деревьям.
– Аполлон, – процедил с яростью. При наших разговорах Август не один раз упоминал о том, как «счастливо» они с Аполлоном и ещё частью команды разошлись.
– Орфей, – он сдавленно улыбнулся, окружённый ещё десятком людей. Мне казалось, что его губы и руки дрожат. Может, от холода. А может, нет. – Рад тебя видеть.
– Не могу ответить взаимностью, – я возмущённо поднял брови, но всё же пожал протянутую руку. – Какими судьбами?
– Мы здесь по той же причине, что и ты, – прошипел Череп, с ненавистью глядя на меня. Да, старый знакомый… Помню, как он едва не убил меня, когда мы с командой пробрались на чужой корабль, чтобы украсть наши же документы. Аполлон тогда пропустил всё мимо ушей и не сообщил нам о «нашествии врагов». Хель ему потом эти уши хотела оторвать. К сожалению, не получилось.
– Да… – протянул я задумчиво. – Не думаю, что Август был бы рад.
– Ты многого не знаешь, – отрезал Аполлон. Остальные стояли молча, словно статуи, только слушали наш разговор и поворачивали голову то к одному, то к другому. – Во-первых…
– Я знаю, что ты король этого города, – бросил я небрежно. – Честно говоря, мне плевать. Я не из этого города, да и преступный мир меня с этой стороны больше не интересует.
– Я не об этом, – неторопливо отозвался он. – Это я дал Августу адрес. И я разговаривал с… посредником преступников. Райан попросил меня. Пообещал половину бизнеса. Поклялся жизнью, – я услышал в его голосе неприкрытый сарказм. – Да, жизнью он поклялся, подлец. Знал же я, что нужно было официально это всё делать! Но я ему поверил, как своему капитану. Бывшему.
– Если ты явился за наследством, то уже поздно. Август написал завещание давным-давно.
– Судя по твоему самодовольному виду, он и тебе отдал долю? – подал голос Фитиль. Ещё один старый знакомый… Везёт же мне сегодня!
– Самодовольный вид здесь только у тебя, Фитиль, – вкрадчиво произнёс я. – Так что вам нужно?
– Орфей, послушай меня внимательно, – неожиданно серьёзно заговорил Аполлон, тяжело вздохнув. – У меня есть информация, что ты собираешься взять дело об убийстве Августа в свои руки. Ты ведь теперь… частный детектив и владелец агентства. Я не ошибаюсь?
– Не ошибаешься, – не стал скрывать я. – И что?
– Если ты действительно хочешь расследовать это убийство, я могу помочь.
– И что ты за это хочешь? Отель? Спасибо, в таком случае я разберусь сам.
– Я ничего не хочу, – спокойно ответил парень. – Просто знаешь, чувствую себя… – он замолчал, подбирая слова.
– Последним подлецом? – подсказал я. Аполлон усмехнулся, а его сопровождающие фыркнули, заработав гневный взгляд короля.
– Что-то вроде того. Я, конечно, из другого мира, мягко говоря, да и помогать тебе не обязан. Но раз ты берёшь это дело, могу предоставить кое-какую информацию.
– Буду благодарен, – я пожал плечами.
Благодаря Аполлону я знал больше, чем гвардия. Знал, что в этой заброшенной многоэтажке есть пожарная лестница с другой стороны, которая наполовину разрушена, но ведёт в тёмную часть участка, в конце которого забор настолько расшатан, что через него можно перелезть без усилий. А если делать всё чётко и быстро, словно по отработанной схеме, то есть шанс остаться незамеченным. Даже если повсюду рыскает гвардия.
Так я узнал, как сбежали преступники. Сбежали быстро и тихо – гвардия ничего не нашла ни через пять минут, ни через пять дней. А когда узнали о криминальном прошлом Августа и о том, что он сбежал из тюрьмы не так давно, вопросов внезапно стало меньше, и гвардейцы с чистой совестью принялись за следующее дело.
Ещё я узнал, что снайпер стрелял с соседнего многоэтажного здания, а не с той заброшки, которую я решил всё же исследовать в первую очередь, прихватив с собой оружие и два фонарика.
