В окно вылетели три пустые банки из под тушёнки. Чайник с костра был убран, и теперь весёлый огонь отплясывал безумные танцы на только что подложенных досках, щедра метая искры и запевая свои трескучие песни. Комната недостроенного здания с осыпающимися стенами наполнилась каким-то своеобразным походным уютом. Тепло от огня и тени от Киры и Края, подрагивающие на кирпичных стенах, помогали забыть обо всём негативе, оставить его за этими стенами. И хотя не все могут воспринимать эту крайне своеобразную романтику, но Кира наконец почувствовала за эти дни какую-то оттепель внутри.
– Край, а чем ты занимаешься целыми днями? – Спросила она, лёжа на сидении.
– В основном ищу более или менее полезные предметы, чтобы потом продать или обменять. Занимаюсь вампиризмом, собираю энергию для себя и… если так можно выразиться, на продажу. Высматриваю лагеря противника и сообщаю их координаты военным.
– В городе Легион? – С искренним удивлением переспросила Кира, сев напротив Края.
– Да. Они тут всегда. Небольшие диверсионные группы постоянно в городе. Они прячутся и всегда меняют место дислокации. В крепости, наверное, об этом не объявляли по радио, но и это не секрет.
– Зачем они здесь? На крепость нападать бессмысленно маленьким отрядом.
Край ехидно усмехнулся: да им и не нужна крепость. Они нападают на караваны и угоняют в плен. Просто пакостят, минируя здания, дороги или просто убивая поодиночке. Из-за таких вот диверсий за эти 15 лет погибло уже около сотни тысяч бойцов разных рас. Год назад мой знакомый напоролся на мину прямо в квартале от шестого товарного пути, ему оторвало ноги по колено. Пока я бегал за помощью, его закололи штыками. Вообще город условно делится на оживлённую и безопасную зону. Специально его никто не делил, просто в одних местах звон мечей и грохот выстрелов слышны каждый день, а в других можно за месяц не встретить никого».
– А мы в какой зоне? – Спросила девушка, мысленно уже решив, что в безопасной.
– Относительно в оживлённой, обитаемой, так сказать.
– Зачем? Ведь можно укрыться в безопасной.
– Там нечего делать. Бои там не идут, полезных предметов нет. Да и вообще чётких границ нет.
Девушке стало не по себе от мысли, что кругом может находиться враг, а многие здания заминированы. Значит, часть баек о жестокости мира вне стен крепости всё же правда, что если и остальная часть тоже правдива?
– А мутанты? Психи?
Норт подумал пару секунд и начал вполголоса: «Есть и мутанты, крайне кровожадные твари. По какой-то причине они стали обрастать железной чешуёй».
– Да ладно…
По глазам Киры было видно, что она готова поверить. Но норт не стал томить и расхохотался.
– Господи, чего только не наплетут. Страшилки на ночь это. Хотя, ты же слышала про тот случай, когда Север с группой проникли в запретную зону, где ещё нашли последнее пристанище и СОГ? Не помню как же она называлась…
СОГ – сверхогненный камень.
– Не важно, этих зон столько, что я в них путаюсь. Это же когда они там бед натворили с этим камнем?
– Да. Ты знаешь, что там был вирус?
– Что-то такое слышала. Эту тему стараются не поднимать, потому что много споров из-за неё.
– Так вот, там были заражённые, и люди и норты. После катастрофы многие заражённые вырвались за пределы той территории, и вирус распространился. Я подробностей не знаю, знаю, что он вызывает агрессию и потерю рассудка, вызывает какие-то изменения в теле, отчего наступает смерть.
– Ужас. Но это было много лет назад, сомневаюсь, что вирус бродит и сейчас.
– Я тоже, – заключающе сказал норт. – Завтра придётся пройтись. Ты дежуришь первой.
– Почему я первая?
– Я сомневаюсь, что ты встанешь среди ночи и до утра будешь дежурить.
– Ну да, логично.
Кира стояла у окна, сложив руки на груди, позади на куче красного угля вяло догорали дрова. Край растянулся у очага и, казалось, спал.
За окном царила тьма. То тут, то там тусклыми точками виднелись костры, но все они были далеко, в нескольких кварталах, и, судя по всему, были разведены либо в зданиях, либо на крышах.
Небо было затянуто густой пеленой, и лунный свет едва ли мог пробиться сквозь неё. Зато местоположение крепости стало легко определить. Вдали на тёмном небесном полотне достаточно ярко красовалось бледное пятно. Это тучи отражали свет прожекторов, закреплённых по всему периметру крепости. Очертания зданий едва различимы, всё слилось в одну мрачную чёрную картину с редкими жёлтыми мерцающими точками костров и большим бледно-синим пятном посредине – отражением крепостных фонарей. И, казалось бы, ничего интересного, но, если включить фантазию, то можно представить людей, сидящих у костров, угрюмых и уставших, пропахших кисловатым запахом железа; можно представить нортов, стремительно проносящихся по тёмным улицам, этих ночных волков, ведь в ночи им нет равных по скрытности и ориентированию; можно представить жизнь в крепости, как ночная смена сменяет дневную во всех сферах деятельности – от кочегара до внешней охраны и системного администратора крепости.
Фантазии фантазии… только не для постового эта роскошь.
