Машина же остановилась у третьего. Все трое направились внутрь. Первые десять метров представляли что-то вроде прихожей. Здесь за укреплением из мешков с песком находилась вахта, горел костерок, на котором кипятился чайник, сам вахтёр – тучный мужик в шортах и жёлтой от пота и грязи майке, усадил свою тушу на ящики за большим столом, повесив автомат на пузо. Дальше находился гермошлюз, между ним и стеной оставался проход шириной в метр. Судя по проросшей траве у края гермы и несмазанному приводу с обратной стороны, он не сдвинулся с места с момента Великой битвы. За ним всё выглядело немного более цивилизованно, горел голубоватый свет от диодных ламп на штативах, плюс было освещение самого туннеля, запущенное от преобразователей. В импровизированном холле находились столы, кресла, пол (разумеется, избавленный от рельс) застлан потёртыми коврами, тюбинги были скрыты за брезентом. Дальше в строительном вагончике располагалось что-то вроде кухни, труба из него тянулась на улицу. Дальше за брезентовой шторой располагалась спальня с армейскими двухъярусными кроватями. В конце спальни был проход из соседнего туннеля, а затем отгороженный мешками с песком и листами железа склад. Склад представлял собой развилку, где оба дальнейших проезда были наглухо замурованы. Освещение здесь осталось прежним, что и было до новой эры. Несколько «ламп Ильича» и семафор над обеими развилками, горящий красным.
На складе находились десятки ящиков и коробов различных размеров, некоторые довольно крупные предметы были накрыты чёрной плёнкой, скрывавшей их очертания.
– Короче, у меня есть пара вещей для тебя, – гулко прозвучали слова Шамиля под бетонными сводами.
Он открыл один из ящиков и достал странный, на взгляд Киры, предмет. Шамиль молча подошёл к ней и закрепил его на правой руке девушки, туго затянув ремни.
Это металлическое устройство оказалось не тяжёлым, оно покрывало всю тыльную поверхность предплечья и немного выходило на кисть. По центру его тянулся узкий жёлоб с поршнем внутри. С левой боковой стороны имелась ручка, способная двигаться вдоль устройства. Под кисть выдвигалась ручка с рычажком, напоминающая тормоз на руле велосипеда, от которой в устройство уходил тросик. С боковых сторон наверх выходили несколько зазубрин из толстого металла, чтобы отражать удар меча. Само же устройство имело плавные сглаженные линии и не выглядело громоздким, а вполне стильным, и в то же время не теряло серьёзного вида.
– Это пускатель, или можно назвать, арбалет, – пояснил Шамиль.
Шамиль вернулся к ящику и достал из него серебристый диск, размерами напоминавший канализационный люк. С одной его стороны были закреплены ремни, а с другой – лишь переключатель в выемке по центру и небольшим отверстием сбоку.
– Это привод, не забывай заряжать аккумулятор. Маленький, но грозный, 100 кг тянет, – говорил Шамиль, надев это на спину Киры и застёгивая ремни.
Он вытянул из бокового отверстия привода трос с припаянной резьбой на конце, продел его в специальную трубку, прикрепив её ремешками к правой руке девушки, а концы закрепил на приводе и пускателе. Затем через отверстие в стенке пускателя провёл трос по жёлобу, в отверстие поршня. Затем он достал из кармана нечто, похожее на болт с вытянутой шляпкой и вырезкой в ней. Вставив конец троса с резьбой в вырезку болта, он провернул его.
– Пойдём, – сказал Шамиль, забрав из ящика альпинистскую страховку и какой-то свёрток.
После Шамиль провёл краткий инструктаж, показав способности привода – тянуть вверх и плавно опускать. Сначала пришлось надеть альпинистскую страховку, а уж сверху закрепить привод. Так же с помощью него можно было подтягивать предметы, выпуская в них универсальную стрелу с тросом, а затем запустив привод. В том свёртке оказался колчан с десятью длинными стрелами и одной универсальной. Особенность универсальной заключалась в возможности закрепления на ней троса и смене наконечников, сама стрела была короче боевых. Плюс ко всему, имелись насадки для универсальной стрелы: крюк-кошка двух видов и четыре гарпуна разных размеров, от большого 25 см до малого 1,5 см.
Шамиль не скрывал, что всё это самоделка и до настоящего альпинистского снаряжения не дотягивает. Этим он будто намекал, что систему можно и обновить…
Стрела глубоко вонзилась в обугленный ствол дерева, издав глухой стук. Кира сидела на ступенях центрального входа Дома правосудия, смотря ястребиным взором на только что пущенную ею стрелу.
Предрассветные сумерки только начинали бродить по мёртвым улицам, сменив молодой месяц на его посту. Зябкий ветер, усилившийся к утру, завывал меж зданий и метал сухую листву.
Кира сосредоточилась на своих мыслях.
