Белл падал на землю со скоростью пушечного ядра. Перед глазами всё рябило, небо и земля менялись местами, и их очертания сменяли друг друга, смазанными кадрами прорываясь сквозь молочную пелену. Понимая, что ещё несколько мгновений, и он разобьётся, Белл зарычал точно зверь, разгоняя туман перед глазами, и последним усилием воли расправляя разорванные воздушным потоком крылья. Падение замедлилось, крылья поймали восходящий поток, позволяя ангелу снова взлететь.
Однако передышка была недолгой. Не успел Белл облегчённо выдохнуть, как рядом вновь оказался Камияр. Не давая юноше возможности прийти в себя, воин бросился в атаку.
Несколько минут они сражались, попеременно нанося удары и выставляя блоки, при этом кружа над землёй с чудовищной скоростью. Зрители на земле восхищённо ахали, вскрикивали и галдели, забыв обо всём. Меч Белл-Ориэля так и продолжал светиться пламенем, словно передавая то, что было у юноши на душе. Не смотря на опыт и преимущество в силе, Камияру всё ещё не удавалось победить противника. На его стороне были многочисленные бои, различные уловки и знания, а на стороне Белла юность, упрямство, скорость и, какое-то странное, почти отчаянное желание победить.
— Хватит, парень, лучше сдайся! — рыкнул Камияр, когда его меч прочертил очередную полосу на теле юноши, которое и так всё уже было в крови. — Ты уже всё доказал, и никто не сочтёт тебя трусом! Остановись!
— Нет! — прошипел Белл в ответ, продолжая осыпать ветерана ударами, упрямо стиснув в руке меч.
— Если не сдашься, я тебя убью! — Камияр скривился, с досадой взглянув в фиалковые глаза. — Даю тебе последний шанс, щенок!
— Слишком поздно, — пробормотал Белл, криво ухмыльнувшись и ощущая, как стремительно тают его силы, и как вместе с мечом соперника его тело атакует слабость и чернота. — Меня и так убьют…
От подобного ответа Камияр на миг опешил, что дало возможность Беллу нанести удар. Его меч скользнул по торсу соперника, оставляя на нём глубокий порез. Ветеран дёрнулся и зашипел, зажав рану свободной рукой, а другой, продолжая отбивать атаки.
Оба раненые, противники невольно снизились, и теперь бой проходил почти у земли, так что зрители имели возможность хорошенько рассмотреть все детали сражения, от которого их отделяло метров тридцать, не больше.
Несмотря на то, что соперники истекали кровью, ни один из них не хотел сдаваться. И хотя Камияр не потерял в скорости, Беллу всё ещё удавалось уворачиваться от его ударов и наносить свои. Однако он всё больше и больше терял силы, удерживаясь в воздухе только благодаря чудовищной воле. Камияр наступал, отлично ощущая слабость противника, но тоже не спешил наносить решающий удар.
— Сдавайся, парень! — рыкнул ветеран, неожиданно мощным ударом приложив Белла по корпусу и наблюдая, как юноша кувырком отлетает в сторону.
— Нет! — прошипел Белл, скорчившись от боли, но упрямо разворачиваясь, встречая соперника лицом к лицу.
— Чёртов идиот! — процедил Камияр с досадой, понимая, что остановить мальчишку не получится иначе, как только серьёзно покалечив. Этого делать не хотелось. Упрямая отвага юнца вызывала невольное уважение, а его решимость и стойкость в бою восхищала даже видавшего виды воина. Но деваться было некуда. Камияр всё ещё ждал, что Михаил сам остановит бой, но так и не дождался. Архангел явно не спешил спасать мальчишку, а значит, воин правильно расшифровал его взгляд, когда тот отправлял новичка на поединок.
Белла просто приговорили, и Камияр оказался тем палачом, который должен привести приговор в исполнение. Это не нравилось воину, но времени, чтобы разобраться в ситуации, у него не было. Белл, хоть и заметно ослабевший, продолжал поединок, компенсируя силу скоростью и упрямством. Он тоже знал, что умрёт, поэтому и решил сражаться до конца. Камияр это понимал, и уважал его выбор. Он поступил бы также. Предпочёл пасть в бою, нежели жить, ежеминутно ожидая удара в спину.
«Интересно, чем этот мальчик так не угодил Высшим?» — задумался охотник, пытаясь разглядеть в красивом лице Белла ответы на свои вопросы. — «Что в нём может так пугать Михаила?»
