Из темноты, рябившей колючим бураном, вышел человек. Мужчина был выше среднего роста, широкоплеч, одет в простую серую стеганную куртку и вязаную шапочку из неокрашенной пряжи, из-под которой выбивались волосы цвета воронова крыла. На вид ему было около сорока лет и несмотря на простую, совершенно не броскую одежду, цепкий взгляд зеленых глаз выдавал в нем человека, облеченного властью.
Поежившись на холодном ветру, он поправил широкий ворот, прикрывавший от колючих льдинок обрамленное небольшой черной бородкой лицо, и шагнул под тусклый свет фонаря. Внимательно осмотрев качающуюся в порывах ветра «летучую мышь», он чуть заметно пожал плечами и, думая о чем-то своем, двинулся вдоль обледеневшей дороги, пробираясь по снежным переметам, кое-где доходившим ему до колена. Человек кутался в широкую, подбитую мехом куртку, придерживая трепещущий на ветру овчинный ворот, иногда замирал, вглядываясь в темноту и прислушиваясь, словно жулик идущий на дело. Пригородный поселок еще спал, совершенно не спеша выбираться из объятий Морфея в это еще по зимнему холодное раннее субботнее утро.
Человек шел, внимательно вглядываясь в предрассветную черноту и далекие огоньки фонарей, изредка останавливаясь и изучая начинавший вытаивать из серых сугробов разный мусор. Одинокая жестяная банка и пара вытаявших пивных бутылок заинтересовали его настолько, что он, присев рядом на корточки, потрогал их рукой. Затем задумчиво хмыкнул, кивнув самому себе, словно соглашаясь с чем-то, отряхнул руки от грязного придорожного снега и продолжил свой путь.
Через пару домов его очень заинтересовала припаркованная у ворот старенькая шестерка. Он обошел ее по кругу, трогая рукой ледяное железо корпуса и заглядывая в салон, затем присел и погладил колесо. За ближайшим забором, во дворе, скорее всего услышав скрип снега под ногами, громко забрехала собака и незнакомец поспешно ретировался. Там, где ветер выдувал сыпавшую с неба ледяную крупу, было черно от грязного весеннего льда и мужчина пару раз поскользнулся, удержался лишь ухватившись за штакетник полисадника.
Внезапно утреннюю тишину прорезал гудок поезда, проходящего в другой стороне от дороги, метрах в трехста от тропинки, по которой шел мужчина. Фонарь прожектора локомотива замигал сквозь стволы деревьев, послышался громкий перестук колес набравшего скорость пассажирского поезда.
Казалось, это немного напугало идущего, он съежился и нервно закрутил по сторонам головой. Но поезд промчался дальше, игнорируя небольшую остановочную платформу поселка. Вслушиваясь в звуки удаляющегося поезда, мужчина постоял еще пару минут, потом вроде бы успокоился и осторожно пошел дальше, приближаясь к металлическому навесу автобусной остановки.
Минутой позже, откуда-то из проулка вышел еще один человек – он тоже направился к остановке. На вид значительно моложе первого, невысокого роста, черноволосый. Он был одет в старенький спортивный пуховик и серую заячью шапку с опущенными ушами. В руках он держал тяжелую хозяйственную сумку, побрякивающую разным строительным инструментом.
Зайдя под навес, парень поставил сумку на единственную не выломанную доску лавочки и прикурил сигарету, щелкнув простенькой газовой зажигалкой.
Вроде бы обычное поведение невысокого парня заставило напрячься чернобородого, его рука метнулась к поясу, на котором был нашит накладной карман, и нащупала деревянную рукоять небольшого ножа. Однако молодой не проявлял признаков агрессии, а продолжал спокойно покуривать сигаретку, усевшись возле своей сумки, болтая ногой и при этом попинывая кусок льда у металлической стены.
Внимательные зеленые глаза еще с полминуты изучали сидящего на остановке, однако тот вел себя естественно и расслаблено, и это успокоило смотревшего на него. Будто бы решившись, он сделал шаг из темноты и присел на противоположный конец лавки. Куривший равнодушно мазнул по вновь подошедшему взглядом, а потом что-то спросил, одновременно похлопав пальцами правой руки по запястью левой. Высокий зеленоглазый мужчина поначалу напрягся, потом, не отрывая взгляда от спросившего, показал свое левое запястье, приподняв рукав куртки, и пожал плечами. Такой незамысловатый ответ вроде бы устроил сидящего, он коротко кивнул и тоже чуть пожал плечами, выкинул докуренную до фильтра сигарету и поправил широкий клетчатый шарф, защищая им лицо от ветра. Потом прикрыл глаза, явно собираясь вздремнуть до прихода первого автобуса.
«А это шанс, и шанс стопроцентный!» – подумал зеленоглазый человек, еще раз окинув внимательным взглядом окружающую их темноту. Вокруг было тихо, лишь в стороне от дороги светилось сквозь буран несколько расплывчатых огоньков, да пару раз для проформы гавкнула собака в дальнем дворе.
«Надо действовать, пока время на моей стороне, чуть рассветет и не факт, что выпадет такой случай. Скорее всего, днем тут людно» – и зеленоглазый, решившись, активировал большой серебряный амулет с довольно крупным сапфиром, сжав его в кулаке так, что побелели костяшки пальцев.
