Тем временем одному слуге случилось зайти в ту комнату, где находилась Дженоббия, и он ей сказал: "Если бы вы притаились, мадонна, в каком-нибудь тёмном углу, вас бы потешила такая забавная повесть - её сейчас рассказывают за столом, - какой вы за всю свою жизнь не слыхивали; сделайте одолжение, приходите". И Дженоббия, забравшись в укромный угол, узнала голос своего возлюбленного Нерино и что в истории, которую он рассказывал, речь идёт не о ком ином, как о ней. Будучи женщиной благоразумной и предусмотрительной, она сняла с пальца подаренный ей Нерино перстень с алмазом и, опустив его в серебряную чашу, наполненную отменным лёгким вином, приказала слуге: "Возьми эту чашу, поставь её перед Нерино и скажи ему, чтобы он её выпил, ибо, сделав это, будет говорить ещё лучше". Взяв чашу, слуга поставил её на стол перед Нерино и, когда тот пожелал выпить, сказал: "Осушите эту чашу, синьор, ибо, сделав это, вы станете говорить ещё лучше". И Нерино, взяв чашу, выпил всё налитое в неё вино и, увидев и узнав перстень с алмазом, который оказался на дне, переправил его себе в рот и, изобразив, что ковыряет в зубах, неприметно извлёк его изо рта и надел на палец.
Сообразив, что прекрасная дама, о которой он говорил, - жена маэстро Раймондо, Нерино не пожелал продолжать свой рассказ. И на все настояния как маэстро Раймондо, так и его родни довести начатую историю до конца он ответил: "Так, так! Петух пропел, день настал, сон от меня отлетел и, что было дальше, я не узнал". Услышав такое, родственники маэстро Раймондо, верившие до этого, что всё, рассказанное Нерино о неверной жене - сущая правда, сочли и хозяина и рассказчика завзятыми гуляками. Несколько дней спустя Нерино разыскал маэстро Раймондо и, притворившись, будто не знает, что тот - муж Дженоббии, сказал ему, что через два дня уезжает, так как отец ему написал, чтобы он навсегда вернулся в своё королевство. Маэстро Раймондо пожелал ему доброго пути. Однако, тайком сговорившись с Дженоббией, Нерино бежал вместе с нею и переправил её в Португалию, где в величайшей радости и безоблачном счастье они прожили ещё долгие годы. А маэстро Раймондо, придя домой и не найдя жены, через несколько дней умер от отчаяния.
Рассказанная Изабеллою сказка восхитила как дам, так равным образом и мужчин и особенно из-за того, что причиной своего несчастья был сам маэстро Раймондо и случившееся с ним он сам на себя накликал. Дослушав до конца сказку, Синьора подала знак Изабелле, чтобы та исполнила всё, что ей полагается. И она, послушная воле Синьоры, в таких словах изложила свою загадку:
По окончании прочитанной Изабеллой хитроумной загадки многие придумали множество различных её разгадок, но никто, тем не менее, кроме мстительной Лодовики, не предложил правильной. А Лодовика, помня о пережитом ею унижении, поднялась и сказала: "Загадка нашей сестрицы не подразумевает ничего иного, как самого обыкновенного петуха, который пробуждается по ночам, чтобы пропеть, и обладает изрядной бородушкой. Он отсчитывает бегущее время, хоть не астролог; голова его вместо короны увенчана гребешком, хоть он не король; его пение зовёт на молитву, хоть он не священник. Кроме того, на ногах у него шпоры, хоть он и не всадник. Жены у него нет, но он пестует чужих деток, каковые - цыплята". Всем очень понравилось разъяснение хитрой загадки, и в особенности Капелло, который сказал: "Синьора Изабелла, Лодовика отплатила вам той же монетой: совсем недавно вы с лёгкостью разгадали её загадку, а сейчас она разгадала вашу. Поэтому ни одна из вас не затаит неприязни к другой". Находчивая Изабелла на это ответила: "Придёт время, и я в долгу не останусь". Но дабы присутствовавшие не увлеклись словесной перепалкой, Синьора приказала всем замолчать и, обернувшись к Лионоре, которой предстояло рассказать последнюю в эту ночь сказку, повелела ей приступить к повествованию, поведя его неторопливо и обстоятельно, и та с приятной улыбкой начала следующим образом.
