Как смело они делились со мной тем, что продают воздух. Наверняка мои дни в их понимании были сочтены, но отчего-то я не боялся смерти после того, как увиделся с детьми. Лишь одно переживание меня мучало.
– Где Иви?
– О, Иви уже везет сюда твой ненаглядный Константин Грэм. – Робби будто пытался очаровать меня своей отвратительной белозубой улыбкой. – Мы такие сентиментальные, что хотим устроить вам встречу. И отправить в совместное путешествие.
– Кончай болтать, Бланшард! – брезгливо кинул моему собеседнику Миллер. – Язык у тебя порой как помело, честное слово. Ты так с каждой крысой беседы вести будешь перед опытом?
– Ну что ты разбушевался. – Бланшард поднялся с места. – Эта крыска слишком интересная. Отчего бы и не поговорить?
Свет операционной лампы вновь погас. Анимация на экране задвигалась.
– А теперь, Боузи, – уже не так чинно обратился ко мне Робби. Теперь он скорее приказывал. – Внимательно смотри на экран. Смотри до тех пор, пока картинка перед твоими глазами не изменится…
Я хотел отвернуться от изображения, но почувствовал, как кто-то из мужчин позади затянул на мне еще один ремень. Теперь – на шее.
– Ты наблюдаешь движение… – распевал Бланшард. – Смотришь в самый центр, и твое сознание расслабляется…
– Я ничего вам не скажу.
– А мне и не нужно ничего говорить, – расслабленно отвечал Робби. – Это совсем необязательно. Мне нужно, чтобы ты оказался там. Стоит тебе попасть туда, куда нужно, говорить будет Реймонд Бодрийяр, а не ты сам.
Мое дыхание против воли начинало замедляться.
– Ты можешь почувствовать, как твои руки уже не принадлежат тебе… И ноги… Ты их не чувствуешь. Ощущаешь лишь то, что они когда-то были на этом месте, но теперь – совсем не твои. Сосредоточься на своем дыхании. Найди то место, в котором собирается воздух. Почувствуй это место.
Тело становилось ватным. Я пытался сопротивляться, но обилие влитых в меня анестетиков, ремни, голос Бланшарда и эта жуткая, зацикленная картинка… Они уносили меня куда-то далеко, оставляя мое нынешнее «я» в качестве безмолвного свидетеля, который был не способен ничего решать.
Я мог лишь наблюдать за происходящим.
– Реймонд… – чуть позже вновь заговорил Робби. – Здравствуй, Реймонд.
К моему счастью, малыш не откликался.
– Реймонд, расскажи нам, пожалуйста, последнее, что ты помнишь.
– Мой дядя скоро придет!
Я слышал свой голос со стороны, но не верил в то, что сам сказал это. Губы подчинялись бессознательному.
– Дядя скоро спасет меня! – кричал мальчик.
– Конечно же, дядя придет. Расскажи мне, пожалуйста, о своем дяде.
– Он очень смелый, высокий и красивый. Он лучше вас всех! Просто сейчас он болеет. Иначе бы был тут!
Надежда Рея на наше общее спасение разбивала мне сердце. Как я мог донести до него, что его любимый дядюшка теперь оставил нас, как когда-то давно, и был не в силах помочь? Хотя на этот раз он знал! Знал и видел, где заперт его племянник.
– Безусловно, Реймонд, – кажется, Бланшард ликовал. – А чем болен твой дядя?
– Я не знаю… – младший Бодрийяр звучал расстроенно. – Он просто ходит по ночам, и мне приходится от него прятаться.
– Ты боишься, что дядя тебе навредит? Или уже навредил, Реймонд?
– Я не знаю…
– Реймонд, расскажи мне о том, как ты умер. Ты же помнишь, как ты умер?
– Я не умер! – малыш заплакал.
Что же делал этот урод?! Неужели собирался убедить племянника Германа в том, что его обожаемый дядюшка виновен в его смерти? Или он хотел вновь поместить его в этот чертов лифт, хоть и в подсознании?!
Его давно не было в живых. И тем не менее Рей был лишь ребенком!
Таким же несчастным и слабым ребенком, как Самсон, Ада, Тиг, Тина! Как они все.
– Конечно же, умер, Реймонд, – улыбнулся Бланшард. – Иначе бы мы с тобой сейчас не разговаривали.
Сеанс погружения прервал стук в операционные дверей. Не дожидаясь ответа, в комнату влетели два неопознанных лысых амбала. Скорее всего, именно их я, будучи под влиянием снотворного, анестетика или бог весть чего еще, принял за Вуйчичей.
– Вам что, мало платят за услуги ЧОП?![28], – разорался Робби. – Какого черта вы врываетесь в процедурную вот так и мешаете моей работе! Миллер, скажи своему отцу, к чертям их уволить!
– Да там этот прорвался! – тяжело дыша, сетовал один из бугаев. – Ты сказал пускать только с девчонкой. Девчонки нет! Он зашел и побежал. Мы следом – думали, он тут.
– Думали они! – выл белугой Бланшард. – Вон отсюда! Бесполезные свиньи!
– Добрый вечер, коллеги. Мое присутствие не стоит таких криков.
Ох, этот голос точно был настоящим!
Прикладывая недюжинные усилия, я попытался внушить Реймонду мысль, что тот просто обязан повернуть голову в сторону выхода.
И мальчик подчинился.
В дверях, словно оживший призрак, стоял доктор Константин.
Увы, читатель, это наш с тобой финал.
Читатель, я не займу много твоего времени.
Однако из уважения к тебе просто обязана объяснить, что происходит.
Персонажи цикла «ESCAPE» были созданы мной тринадцать лет назад и имели свои четкие сюжетные функции, несмотря на то что история развивалась, а сюжет трансформировался.
