Пробуждения Ив пришлось ждать всего тридцать минут. Скорее всего, ее организм воспринимал наркоз очень поверхностно. И, стоило девушке открыть глаза, Бланшард подскочил и хлопнул Уокера по спине.
Увидев, как игла проколола резиновую крышку на ампуле с раствором психоделика, Константин поспешил отвернуться и зажмуриться.
Его сознание рвалось на кусочки от разворачивающегося ужаса. Но это не шло ни в какое сравнение с тем, что сейчас должна была увидеть Иви.
– Ты можешь почувствовать, как твои руки уже не принадлежат тебе… И ноги… Ты их не чувствуешь. Ощущаешь лишь то, что они когда-то были на этом месте, но теперь – совсем не твои…
Грэм вновь повернулся к креслу, лишь когда Робби стартовал процедуру регрессивного гипноза.
Иви смотрела на Бланшарда, не моргая. Но сонный взгляд ее был устремлен куда-то вдаль, сквозь стены закрытой палаты, сквозь спираль, что закручивалась беспрерывно.
– Кейси? – через какое-то время мягко проговорил Робби. – Здравствуй, Кейси.
– Кто вы? – вдруг обретая неясную эмоцию, ответила Иви. – Где… Где мой брат?
– Ты говоришь об Эллиоте, Кейси?
– Д-да…
– Я думаю, мы можем поговорить без него. Скажи мне, сколько тебе лет, Кейси?
– Братик меня накажет!
Сердце Константина пропустило удар. Это было самой сложной частью.
Присутствие Эллиота Дина стало незримой, но постоянной составляющей их с Иви последних двух месяцев. Ноотропы заставляли ее вспоминать не только о том, что происходило с маленькой Кейси в конце девяностых, но и о жутких эпизодах, пережитых в приюте. Как он теперь знал, «призрак» или же «силуэт» ее условного родственника сопровождал Ив в детстве так же, как Герман Боузи. С одной большой разницей – образ Эллиота не являлся для того, чтобы «спасти» девочку. Он приходил ради того, чтобы казнь продолжалась.
– Она не хочет говорить сейчас. Имеет ли смысл давить? – очень сдержанно вмешался Грэм в процедуру, больше не в силах играть абсолютное равнодушие. – Вдруг это не даст ей сказать больше.
Бланшард жутко улыбнулся своему коллеге, но продолжил говорить:
– Кейси, расскажи нам, как тебя наказывает братик?
– Он делает мне больно!
– Как часто он это делает?
– Всегда, когда ложимся спать…
– Это очень часто, Кейси.
– Да, мне больно!
– Где у тебя болит?
Девушка замолкла, но всего на секунду.
– ВНИЗУ!
Прокричав последнее нечеловечески громко, Иви опустила взгляд на свой живот. Ее глаза норовили вылететь из орбит, дыхание участилось, а тело потряхивало даже без воздействия электрошока. Происходящее выглядело как кульминационная сцена из хоррор-фильма.
