Да что же со мной было не так?!
Решительно тряхнув головой, я обошел столик так, чтобы оказаться прямо перед парой, и смело всмотрелся в их лица. Конечно же, я ошибался. В мире было великое множество красивых блондинок и рослых брюнетов. Даже видения о Германе несли под собой больше логических обоснований, чем эта чушь.
– Простите… – неловко начал я, пытаясь избавиться от наваждения. – Могу ли я чем-то помочь?
– А принесите нам десерт! – с делано широкой улыбкой инициативно отозвался мужчина. – Что у вас есть?
– Гхм, у нас… у нас есть вкуснейшая шарлотка с шариком освежающего ванильного мороженого, чуррос с шоколадным соусом, овершейки…
Пока я перечислял позиции, с горем пополам выученные наизусть за этот вечер, гость не отрывал от меня пытливого взгляда и кивал на каждую фразу. Однако я не был способен так долго выдерживать настолько пристальный зрительный контакт и принялся бегать глазами по окружающему пространству. И это стало моим лучшим решением за этот вечер.
Скосив взгляд куда-то вниз, я заметил, как спутница гостя печатает текст в заметках на телефоне, наполовину спрятав свой гаджет под скатертью:
ПОМО…
В оставшихся буквах не было нужды.
– Собственно, это все, – наконец завершил список десертов я и фальшиво обнажил зубы. – Что для вас? А что – для вашей прекрасной дамы?
– Всего по чуть-чуть, – приторно рассмеялся мужчина. – У вас все такое вкусное! Мы все съедим. Правда же, куколка?
Девушка сглотнула слезы и нервно закивала. Ее вечерний макияж растекался по лицу черными уродливыми ручейками, но это словно было совершенно естественным и не привлекало ничье внимание, кроме моего.
А меня тряхнуло от давно спрятанного в глубины сознания триггера с такой силой, что я почувствовал, как качнулся на месте.
– Это верно, – я сделал шаг назад, усиленно стараясь не смотреть на девушку, для того чтобы случайно ее не разоблачить. – Подам все по мере готовности.
– Просто чудесно, Боузи! – снова неестественно воскликнул гость, смотря на мой бейдж. – Вас ждет хороший чай.
Я поспешил выцепить Стейси в тот самый момент, когда она выходила из кухни с подносом, полным пасты.
– Ой! – вскрикнула коллега. – Боузи, очень прошу, вот так не делай! Штрафы за битую посуду я здесь еще не получала и не хочу!
– Извини, – зашипел я. – Но у меня огромные, просто огромные проблемы с четвертым столом.
Официантка нахмурилась.
– Ты же сказал, там какой-то мерзкий толстосум-папик с подружкой, и они заказали половину премиального меню?
– Все так, – я вздохнул поглубже. – Но я сейчас подошел, а девчонка сидит, рыдает и пишет мне в заметках «Помогите»!
Стейси смачно ругнулась и застыла на секунду. А затем оперативно передала мне свой заказ:
– За восьмой.
– Но как же?..
– За восьмой, Боузи! Я услышала, это не в первый раз. Сейчас решим вопрос. Другим клиентам помешать мы не должны. Отнеси и возвращайся!
Еще пару мгновений я сомневался, но новая коллега перестала меня замечать. Она вытащила смартфон из красного фартука и начала кому-то звонить.
– Алло, шеф? Простите, это экстренный звонок. Ваш напоролся на «тревожный столик». Да, прямо в первый рабочий день, представляете?..
Остаток разговора я предпочел не слушать.
Доставив пасту на восьмой столик пожилым супругам, которые явно пришли в «Прятки» ради хорошей музыки (и даже тематически принарядились по этому поводу), я поспешил вернуться к Стейси. Она успела закончить диалог и теперь ждала меня для того, чтобы озвучить распоряжения:
– Значит, Дуглас, – девушка говорила со мной строго, и каждое свое слово подчеркивала кивком. – На тебя переходит весь зал. Я знаю, двенадцать столиков – это очень трудно в первый день, но мы не игнорируем «тревожные столики» никогда. Это принцип шефа.
– Что такое «тревожный столик»?
– Это любые признаки насилия от гостя. В сторону персонала, в сторону другого гостя… Не имеет значения. У нас есть регламенты на этот счет, но таких эпизодов давно не попадалось. Ты прям везунчик!
Стейси нервно рассмеялась и скривилась.
– …в общем, этим вопросом не может заниматься официант стола, чтобы не вызвать подозрений. Сейчас я доложу Шону, и он начнет весь процесс. Ты обслуживаешь гостей и не обращаешь внимания ни на что, что бы ни происходило. Когда в зале начнется паника – если она начнется, конечно, – ты просишь всех занять свои места. Тут уже, наверное, вернусь я.
– А что ты будешь делать?
Меня начинала охватывать нешуточная тревога, но у официантки не было времени на то, чтобы успокаивать еще и меня.
– Увидишь. Но сильно не отвлекайся, иначе гости начнут пялиться. Очень прошу!
– Я понял.
– Тогда поехали. И удачи нам. Будем надеяться, что этот мужик – просто моральный урод и не прячет в пиджаке нунчаки.
Мы разошлись.
Я поспешил к гостям Стейси – уже три компании на ее половине ждали внимания официанта.
