Феар, заходивший к ним на чай, лишь качал головой, прекрасно разбираясь в чувствах друга, и молился всем богам, чтобы те сжалились над этой парой. Они не признавались друг другу в любви, но их взгляды говорили сами за себя. Возможно, если бы не скорое расставание…
Отряд собирался выступать с самого утра. Уже вовсю светило солнце, а на небе не было ни одной тучки. Погода обещала быть хорошей – самое оно для продолжения похода. Воины собирали свои пожитки, прощаясь с гостеприимными жителями и благодаря семьи, согласившиеся приютить их у себя.
Эйлон, поднявшийся с первыми лучами солнца, хлопотал на кухне, завершая последние приготовления: в дорожную сумку Реина были отправлены холщовый мешок с амникой и с рецептом приготовления отвара, вяленое мясо вместе с хлебом, а также целая партия ароматных пирожков с вишневым вареньем, испеченных омегой утром. Альфа, вставший чуть позже, шутил, что не сможет поднять свой мешок и, тем более, дойти до столицы.
Обняв омегу, готовившего плотный завтрак, со спины, Реин уткнулся носом в рыжие волосы, вдыхая запах чистого тела, тепла и гиацинтов. Вчера Эйлон, не обращая внимания на возражения, затопил баню и загнал туда альфу, запретив выходить оттуда раньше, чем через полчаса. Несмотря на внешнюю хрупкость и беззащитность, грозный тон не оставлял ни единого шанса на сопротивление. После бани его тут же загнали в постель, повелев как следует выспаться перед походом. Реин уже почти заснул, когда рядом с ним опустился омега, устроившись под боком.
Они должны были отправиться через полчаса, но альфа не хотел отпускать от себя Эйлона, наслаждаясь последними минутами единения. Хален еще не поднялся, поэтому он мог позволить себе немного распустить руки. Решение, принятое еще неделю назад, казалось единственно верным, и от осознания этого факта Реину становилось гораздо лучше. Пусть сейчас им и придется расстаться на пару недель.
Наскоро позавтракав, он подхватил свой мешок и остановился на пороге. Эйлон, не мигая, смотрел на него, и от этого взгляда разрывалось сердце. Альфа ненавидел долгих прощаний, зная, что так будет только больнее.
– Спасибо большое, тебе, Эйлон, и тебе, Хален. Не знаю, что бы делал, если бы не вы вдвоем, – начал он внезапно охрипшим голосом. – Малыш, обещай мне, что за мое отсутствие ничего с твоим папой не случится и что ты не будешь никуда убегать и беспокоить его.
Хален, улыбнувшись, активно закивал, переводя взгляд с папы на Реина.
– Обещаю! Можете на меня положиться.
– Эйлон… Береги себя, пожалуйста. Будь осторожен, – альфа сделал шаг вперед, обнимая его за талию и мягко прижимая к себе. Находя на шее, возле уха, алую метку, оставленную сегодня утром, Реин грустно улыбнулся и, вдохнув в последний раз любимый запах, шепнул на ухо:
– Я обязательно вернусь, слышишь? Я приеду за вами.
Отпустив омегу, он присел на корточки, поцеловал Халена в лоб и поднялся на ноги. Они все вместе вышли на крыльцо, и альфа мысленно попрощался с домом.
– До свидания, – улыбнувшись напоследок, он медленно спустился, оглядываясь и стараясь запечатлеть в памяти любимое лицо: чуть опущенные вниз уголки губ, грустный взгляд каре-зеленых глаз. Он не сможет не вернуться обратно.
– Счастливого пути, – деланно бодро произнес Эйлон, прижимая к себе сына. Реин спиной ощущал его внимательный взгляд, но не смел обернуться снова, рискуя бросить все и остаться здесь.
– Папа, а дядя Реин вернется? – как только альфа скрылся за поворотом, спросил Хален.
– Конечно, вернется, – улыбнувшись сыну, ответил омега, отчаянно веря в это, но в глубине души сомневаясь в своих словах.
На пригорок медленно поднимался отряд воинов. Солнце начинало припекать, и всем хотелось поскорее ступить в прохладную тень леса. Капитан о чем-то весело шутил со своими подчиненными, и в сердце каждого из них крепло чувство радости, которое довелось испытать каждому, кто после долгих скитаний возвращается домой…
Часть 9
Альрон как следует потянулся и сладко зевнул, перекатившись на спину. После долгой езды и коротких ночевок в постоялых дворах так хорошо было отоспаться в специально приготовленных для него покоях на большой мягкой кровати. Обняв вторую подушку руками, омега постарался понять, что же ему делать дальше.
На часах было около полудня, а значит, принц слишком разоспался и наверняка пропустил завтрак. Он нисколько не сомневался, что король встал давным-давно и занялся делами, считая своего будущего супруга тем еще соней и бездельником. Альрон вздохнул. В конце концов, можно понадеяться на догадливость своего жениха – все же он плохо спал несколько ночей подряд.
Обычно королевский омега поднимался часов в восемь. Затем умывался, одевался и вместе со всей семьей завтракал – так было заведено с давних времен. Потом шли либо уроки, либо помощь отцу – несмотря на то, что Альрон был омегой, он также являлся наследным принцем королевства и обязан был разбираться во всех тонкостях политики. Но он совершенно не представлял, что будет делать здесь.
