Омега продолжил бы сокрушаться, но замолчал, как только альфа начал тихо смеяться. Густой добрый смех наполнил собой кухню, и Эйлон сам не смог сдержать улыбки, несмотря на то, что слабо понимал, отчего его гостю так весело. А Реин уже не помнил, когда он в последний раз так искренне смеялся.
– Эйлон, простите меня, конечно, – начал он, отсмеявшись, но продолжая улыбаться, – я не понимаю, о чем вы так беспокоитесь. Мне кажется, из нас двоих я должен быть весь на нервах, потому что вы хозяин положения, вы можете выгнать меня в любую минуту, – омега широко раскрыл глаза. – Да-да, не удивляйтесь. Я очень благодарен вам за все, что вы делаете для меня, и не представляю, как могу отплатить вам. Прошу вас, не волнуйтесь по пустякам. Еда очень аппетитно пахнет, но начинать без вас было бы невежливо с моей стороны.
Щеки омеги предательски заалели, а он сам опустил взгляд. Сейчас альфа чувствовал себя старше лет на десять как минимум, хотя на вид Эйлону было примерно двадцать два. Но Реин не был уверен в этом возрасте, потому что тот был слишком хрупким, и, по незнанию, можно было дать ему как семнадцать, так и двадцать пять. Спрашивать было бы не тактично.
– Мы с Хали ужинали раньше, но я посижу тут с вами, – Эйлон хотел было добавить «если вы не против», но передумал. Ведь альфа наверняка скажет ему, чтобы он делал так, как хочет. А признаваться в своем интересе не хотелось.
– Тогда спасибо этому дому, – Реин улыбнулся и с аппетитом принялся за еду. Он был достаточно голоден, работа отнимала много сил, а кормили их недостаточно сытно. Омега уселся напротив него, с улыбкой наблюдая за активно жующим альфой. Это было, наверное, выше всех похвал, Эйлон будто чувствовал, что Реину все очень нравится. Словно бы эмоции могли быть заразны.
– У вас очень смышленый сын, – проговорил разомлевший в тепле альфа несколько позже, когда расправился с едой и медленно наслаждался молоком. Пока он жил в старом сарае, их поили исключительно водой и чаем из примитивных травок.
– Мне повезло с ним, – ответил польщенный омега, успевший вскочить, убрать тарелку и вернуться обратно.
– Вы похожи, если не внешностью, то характером точно, – улыбнулся Реин. Что говорить, он уже приметил, как оба омеги одинаково закусывают губу, размышляя о чем-то, как похожи некоторые их жесты.
– Хали взял самое лучшее у меня и… у отца, – Эйлон ответил относительно спокойно, но альфа смог заметить некоторую заминку. Ему было достаточно любопытно, но он не мог задавать такие вопросы в первый день знакомства. Тем более, эта тема бы ранила омегу, а меньше всего Реину хотелось обижать его.
Был бы маленький Хален постарше лет на десять, он бы взял его с собой в столицу, чтобы малыш получил достойное образование. Связей у него было немало, в конце концов, он – младший брат короля, принц и, возможно, будущий король, если у Дериона не будет детей. Хотя, такой исход был маловероятным, потому что Реин слышал от Феара интересные подробности о мирном договоре. Шестилетняя война закончилась их победой, поэтому и условия были достаточно выгодными для страны. Но более того, в знак мира между двумя королевствами, монархи договорились о династическом браке. Так что альфа уже предвкушал знакомство с зятем.
А еще Реин мог бы забрать обоих омег в город. И почему-то этот вариант устраивал его гораздо больше.
– Хален прожужжал мне все уши, рассказывая о вас, – Эйлон улыбнулся. Омега прекрасно понимал причину, у сына не было отца-альфы, и он тянулся к их гостю подсознательно, но говорить об этом не смел. Не хватало еще смутить этого воина, который мог неправильно это воспринять.
– Ваш сын достаточно любознательный, все расспрашивал у меня про войну. Верите, я не хотел, но отказать ему невозможно!
– Надеюсь, он не причинил вам неудобства?
– О каких неудобствах вы говорите? – Реин едва сдержался, чтобы вновь не рассмеяться. – Хален проводил меня до реки, где я смог постирать, составил мне компанию, пока Феар флиртовал с каким-то омегой, да еще и благодаря ему я сегодня сплю сытый и в тепле.
Эйлон облегченно вздохнул и улыбнулся. Альфа, остановившийся в его доме, будто бы сошел со страниц тех книг, которые он читал. Омега был далеко не мечтательным юнцом, а человеком с довольно трезвым взглядом на жизнь, но сейчас он мог только удивляться своей судьбе, которая познакомила его с этим мужчиной.
Омега был поздним ребенком у родителей. Папе было далеко за тридцать, а отцу – сорок пять, когда он родился, но это не помешало им заботиться о нем даже лучше, чем многие молодые пары. Конечно, им было сложно успевать повсюду за маленьким Эйлоном, росшим ужасным непоседой, у папы часто болели ноги. Именно тогда отец и придумал занять его травами, жалея, что не может обучить его врачебному делу. Впрочем, омега все равно частенько присутствовал при приеме пациентов, так что потихоньку набрался опыта.
