- Ань, садись, будем разговаривать. В общем, тебя вместо ссылки определили сюда работать нянечкой. Но бесплатно. Директора приюта вызывали в полицию, чтобы согласовать с ним это, он не против. Так же директор сказал, что раз ты будешь работать бесплатно, то чтобы тебя сильно не нагружали, поэтому на тебе одна группа, пятилеток. Чем нянечка занимается, сама знаешь.
- Да, знаю, - ответила Анна, - Как же я рада, что на фабрику возвращаться не пришлось, мама, знали бы вы это!
- Нюрка, если что у детей заметишь, какие-то проблемы, лучше не сама влазь, а меня зови, понятно?
- Понятно, - ответила Анна.
- Нюрка, мне что про тебя в полиции рассказали, - сказала Авдотья Исааковна, - Ты зачем такие буйства устраивала на каторге и в централе? Ты пойми, вела бы ты себя раза в три тише, тебя бы и не били, и досрочно бы ты вышла, и не мучилась бы так, как тебе пришлось пережить.
- Мама, - со слезами на глазах сказала Анна, - Не получалось иначе, перед глазами все будто застилало, не могла себя вести как-то по-другому.
- Ладно, Нюрка, дело уже все равно прошлое, - сказала Авдотья Исааковна, - Как срок ссылки кончится, к следующей весне, надо будет тебя куда-нибудь пристроить, потому что на фабрику тебе теперь нельзя идти, чтобы ничего не случилось…
Приступив со следующего дня к своим обязанностям, наутро Анна пришла будить детей.
- Просыпаемся, - сказала она.
- Тетя Аня, дайте поспать, - раздался голос.
Вдруг вспомнив каторгу, как она не высыпалась, Анна вышла из спальни и заплакала.
- Ань, где группа? – удивленно спросила девушку Авдотья Исааковна, - Уже им время быть в столовой.
- Они попросили выспаться, - сквозь слезы сказала Анна, - Наверное, спят до сих пор.
- Нюрка, ты не в себе, что ли? Четырнадцать с хвостом лет в приюте прожила и не в курсе, что надо было будить их, вести умываться, а потом завтракать?
Видя, что девушка плачет, воспитательница добавила:
- Нюрка, успокаивайся. Эту твою оплошность я постараюсь замять, а дальше чтобы такого не было. Лучше ко мне приходи, если в чем-то сомневаешься. Ты что, после каторги головой болеешь?
- Да нет, мама, просто вспомнила, как не высыпалась, - ответила Анна.
- Это все в прошлом, надо забывать, - ответила Авдотья Исааковна и пошла к группе.
- Я не поняла, а почему все спят? – громко сказала женщина, - Подъем когда был?
- Тетя Аня разрешила нам поспать, - раздался голос.
- Анна Харитоновна вам спать не разрешала, а просто решила понадеяться на вашу самостоятельность, - ответила Авдотья Исааковна, - Вы ведь уже взрослые, а не малыши трехлетние. Хотя, наверное, вы не просто малыши, а вообще младенцы, без контроля ничего сделать не можете.
Подождав, пока группа оденется и умоется, Авдотья Исааковна повела всех на занятие по подготовке к школе.
- Авдотья Исааковна, а когда мы завтракать будем? – спросил кто-то из группы.
- А на завтрак вы уже не успели, - ответила женщина, - Поэтому теперь только обед ждать остается.
Вдруг увидев, как Анна в коридоре смотрит на все это и практически устроила истерику, женщина сказала:
- На первый раз вас прощаю, сами идите в столовую.
Проследив взглядом, что группа пошла завтракать, Авдотья Исааковна подошла к Анне и сказала:
- Да нет, ты точно на голову приболела. Чего ревешь?
- Вспомнила, как в Забайкалье кормили плохо, - запинаясь по пару раз в каждом слове, сквозь слезы сказала Анна.
Задумавшись, Авдотья Исааковна сказала:
- Нюрка, давай ты месяц отдохнешь, в себя придешь, просто отлежишься у себя в комнате. А то, я чувствую, ты вообще не в себе, какие тебе сейчас дети?
- Спасибо вам, мама, - поблагодарила девушка воспитательницу.
Через неделю, так как одна из нянечек заболела, Авдотья Исааковна решила попробовать снова поставить Анну на работу.
- Нюрка, ничего сложного, группа будет готовить ужин, а ты просто присматривай за ними и следи, чтобы они ужин готовили, а не еду воровали, - сказала женщина.
- Хорошо, я постараюсь, - согласилась Анна.
Однако все снова не заладилось. Девушка сразу увидела, что девочки не варят картошку, а приворовывают продукты.
- А ну-ка быстро все положили по местам, пока я вашей воспитательнице не нажаловалась! – попыталась построжиться Анна.
- Анна Харитоновна, Инесса Абрамовна нас сегодня без обеда оставила, пожевать чего-нибудь хочется, - начали раздаваться голоса со всех сторон.
Чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы, Анна выбежала в коридор.
- За Инессой Абрамовной пошла, теперь из-за вас нас снова накажут, - раздался огорченный голос.
- А потому что надо было все по местам положить, а не перепираться, - сказал кто-то.
Тем временем, девушка бежала к своей воспитательнице.
- Авдотья Исааковна, я не могу, мне их жалко, я сразу вспоминаю, как на каторге в Забайкалье кормили плохо, - сквозь слезы сказала Анна, - Мама, пожалуйста, простите меня, но я не могу сейчас работать.
- Ладно, Нюрка, иди отдыхать, - сказала женщина и попросила другую нянечку посидеть с группой.
Прошло месяца два. Анна уже снова обвыклась в приюте и работала с детьми вполне нормально.
