И, началось наше стояние в блокаде порта Коломбо. Стрелять по четырём русским торговым кораблям никто с берега не стал, пушкари отлично знали свой сектор обстрела, ни одна из береговых батарей, не говоря о судовых орудиях, не имела шансов добросить ядро. Да и фугас с "Севера", разбивший набережную, насторожил артиллеристов. Возле него почти сразу собралась толпа зевак, затем прибыли и официальные лица, судя по различной яркости мундирам. Обсуждение длилось часа два, после чего "мундиры" разошлись в разные стороны. Почти до темноты никакого движения в порту не наблюдалось, мы успели пообедать на свежем ветерке, поднявшемся после полудня. Ни один из трёх европейских торговых кораблей, не считая десятка мелких шхун, не рискнул атаковать нас. Потому, ближе к ночи, четыре русских корабля неторопливо расползались в стороны, охватывая горло бухты редкой сетью.
Линия, обозначенная четырьмя узлами русских кораблей, отрезала бухту от открытого моря, плотно заперла выход из гавани. В этом мы были уверены, поставив все суда за пределом дальности прямого выстрела, аж на четыре километра от берега. Однако, любой корабль, попавший между нашими, оказывался под гибельным огнём с двух сторон сразу. Напоминаю, что дальность прицельного огня бортовых орудий почти совпадала с предельной дальностью выстрела, около трёх километров. Все хитрецы, рискнувшие ночью прорваться между русскими кораблями, попадали под огонь с двух сторон сразу. А те, кто догадается приблизиться к одному из судов, уходя от огня второго, неизбежно становится самоубийцей, на расстоянии до километра количество попаданий корабельных канониров не опускалось ниже 80%, при условии залпового огня шести орудий, шансов у противника не было.
Однако, англичане, запертые в Коломбо, этого не знали! Как не знали и того факта, что на всех кораблях имеются прожекторы, работающие от мощных генераторов, как на паровой, так и на ручной тяге. Достаточной, чтобы пара матросов, меняя друг друга, не напрягаясь, поддерживали нужное напряжение несколько часов. Главным оставалось заманить врага в ловушку, включить прожекторы в момент наибольшего приближения вражеских кораблей. Погода благоприятствовала нам, время от времени затягивала облаками растущий месяц, тогда становилось изумительно темно. Мне оставалось пожалеть об отсутствии приборов ночного видения.
— Да, — я положил бинокль на столик перед собой, взглянул на часы. Время подходило к полуночи. Если не поплывут на прорыв сейчас, уйду спать, оставлю англичан на волю случая, на вахтенного. Проберутся мимо него — повезёт, заметит матрос чужаков — не повезёт им. В принципе, ничего страшного, если несколько судов минуют блокаду. Город мы возьмём в любом случае, к штурму подготовились с учётом ошибок захвата Невмянска в своё время. Да и артиллерия теперь не в пример мощнее, запас снарядов больше на порядок. Координаты целей давно изучены, на макетах городка не один раз отработаны все варианты действий.
— Плыфутт, — добросовестно сообщил марсовый, из англичан. Первым заметил беглецов и честно сообщил мне, спустившись с мачты, полушёпотом. С вечера все получили строгую команду о сохранении тишины, соблюдении режима маскировки. — Тфа сутна на вест, три на ост.
— Молодец, давай наверх! — Я поднялся, направляясь к канонирам. Осталось выбрать удачный момент для открытия огня.
Действительно, воспользовавшись радиорубкой, я связался с капитанами остальных кораблей и согласовал время открытия огня и цели. Остальное оказалось делом техники. Спустя полчаса беглецы вошли в зону эффективного огня, и, ночное море вздрогнуло от беглого огня сто миллиметровых гаубиц. На сей раз, мы не собирались топить беглецов, догадываясь, что на кораблях могут оказаться очень интересные люди и крупные ценности. Поэтому гаубицы били исключительно пристрелочными болванками, впрочем, хватило и этого. После пары-тройки попаданий все беглецы спустили паруса, показывая своё смирение. Куда им деваться, под яркими лучами прожекторов, шокировавших британских подданных больше , нежели сам обстрел.
Призовые команды без потерь захватили все пять судов, отправляя к нам наиболее ценные трофеи и капитанов кораблей. Мы не ошиблись, трофеи оказались богатыми, только не в денежном выражении. Мне попала в руки переписка Ост-Индской кампании, в частности, огромное количество жалоб на русских пиратов, с перечислением потерянных судов и грузов. Нужно ли говорить, что реальные потери от капёров РДК были вдвое, если не втрое, ниже? Кому, как не мне знать добычу капёров РДК? Были в бумагах и другие интересные находки, вроде нескольких планов по вытеснению (мягко сказано) голландцев с их территории. Нашлись два отчёта по уже выполненным захватам голландских и кандийских земель, с перечнем убитых врагов, выплаченных денег наёмникам, и, даже подтверждение успехов наёмников, в виде свидетельских показаний.
