Загорелся зеленый, и вновь они поехали по ночному городу, ослепленные огнями фонарей, фар встречных машин и распахнутых во влажную прохладу улиц окон. Женя притормозил лишь недалеко от набережной залива. Тут рядом стояли и другие машины с парочками, от чего Света почувствовала себя немного не по себе.
Вид перед ними открывался великолепный, как в лучших открытках их города – вдали величественно крутилось колесо обозрения, светились драматический театр и длинный пешеходный мост через залив, среди тяжелых и неторопливых бликов воды еще скользили лодки и разноцветные катамараны, молодежь гуляла со светящимися шариками. Было около десяти часов вечера, а каникулы – в самом разгаре, так что прогуливающихся для такого позднего времени было много.
Пара в машине вновь переглянулась. И Женя заговорил первым. Его голос был охрипшим, но полным энтузиазма. Он что-то время от времени спрашивал у Светы, она что-то отвечала – но оба не запомнили, о чем говорили. Вскоре они вышли из машины, и пошли вдоль залива. Парень продолжал говорить, Света кивала, пыталась вникнуть в его слова, но постоянно отвлекалась. На его необыкновенно добрые глаза, на его голос – глубокий, с невероятной грудной хрипотцой, от которой каждый раз что-то замирало внутри. Ей нравилось даже просто идти рядом с ним. В его присутствии она была расслаблена, и её больше ничего не пугало.
Готовы были бы вы, при необходимости, навсегда отказаться от всего мира, предположим, оказаться на дальнем севере или высоко в горах рядом только с одним человеком? Долгие годы никого вокруг, только он – а вам больше никто и не нужен? Света была готова и даже желала этого.
Они купили в уличном ларьке кофе, сели на теплый камень около воды, прямо напротив театра. Смотрели, как переливается залив, слушали, как вдали еще где-то раздаются музыка и счастливые голоса. Ночной город был словно совершенно другим, с другой, мягкой архитектурой, с чистым и ароматным воздухом, с молодыми и беззаботными жителями. Этот город был Свете давно знаком, и она любила его.
Ветер становился холоднее, они садились все ближе друг к другу, грели руки о теплые стаканчики. Когда Женя вдруг замолк, заговорила Света. Ее слова были более обрывочны, спонтанны. Парень, молча, кивал. Рядом теперь не было ни души, лишь тихо билась о каменную стену вода. Они сидели вдвоем – одни, но, наконец, не одиноки. Два сердца среди стольких холодных лет смогли найти друг друга и, забыв, возможно на время, о былых обидах, согреться.
Потом они встали, чтобы снова пойти дальше, через мост, над их головами проносились миллионы огоньков, от долгого взгляда на которые голова начинала кружиться, и они были вынуждены прильнуть к перилам, от неожиданности смеясь и дурачась. Их лица были очень близко, их тела соприкасались. Оба чувствовали, как их тянет друг к другу, оба знали, чем все закончится сегодня, и тайком бросали взгляды на неожиданно манящие губы напротив.
Женя увидел вдали продавщицу цветов – она, уже опечаленная, собиралась домой и укладывала оставшиеся букеты в один огромный сосуд с водой – и потянул Свету за собой к ней.
– Здравствуйте, мне, пожалуйста, самый красивый букет для самой прекрасной на свете девушки!
Света, улыбаясь, разглядывала свежие цветы. В темноте они все были примерно одного цвета, кроме белых. Именно их достала вдруг оживившаяся женщина и протянула парню. Он расплатился, наклонился к Свете и, протягивая букет, немного обреченно сказал:
– Знаю, банально…
Девушка же радостно приняла эти розы, с блаженством вздохнула их свежий и сладковатый аромат. Не важно, банально ли это, но рядом был Женя, и это он покупал для нее цветы. Рядом с ним любая обыденность или давно приевшаяся романтика казались ей необыкновенными и полными смысла.
Они медленно вернулись обратно на мост. Света в порыве благодарности приподнялась на цыпочки и поцеловала юношу в щеку, нежно, хоть в душе и хотелось большего. И, словно угадав ее мысли, Женя вдруг прижал ее к себе, забыв обо всем и сминая неповинные цветы. Желание коснуться ее манящих губ – чувственно, страстно, ненасытно – одержало верх. Света затерялась в поцелуе. Парень не отпускал, она от страсти кусала его губы, и он целовал ее с еще большим желанием.
Воздуха не хватало, они остановились, лишь когда уже почти задыхались. Оба были словно пьяны.
– Пошли к машине, – прохрипел Женя.
– Давай. Побежим? – просто предложила Света. – Как раньше, наперегонки со временем?
Недавний сон и его нерадостный конец на минуту вспыхнули в памяти, но Света отмахнулась от них.