Во второй комнате, расположенной напротив первой, осмотренной им, постели тоже не оказалось. Тут, кажется, была библиотека. По крайней мере, вдоль стен тянулся ряд шкафов, заполненных чем-то, похожим на книги. Но была это беллетристика или какие-нибудь подшитые бухгалтерские отчеты – непонятно. Миронова это сейчас не интересовало. Тупикова нет, других людей – тоже. Все, закрываем дверь и идем дальше.
А вот в третьей комнате он напоролся на людей. Кажется, здесь отдыхала свободная смена охранников. Или же спали те, кто сопровождал босса во время его выездов. Три постели, на всех трех – спящие. Вот их следовало успокоить, чтобы не вмешались, если начнется переполох. Три ствола – серьезная сила.
И он всадил всем по стрелке с «успокаивающим». Каждый из «успокоенных» один раз дернулся при попадании шприца и затем погрузился в блаженное ничто.
Так сколько же охраны у этого Василия Васильевича? Днем, когда следили за его кортежем, они с Мишкой попытались посчитать, но безуспешно. Четверых они видели, но ведь кто-то оставался в машинах и микроавтобусе? Сейчас на его счету трое, одного уложил Мишка на пороге чердака. И это только второй этаж. А, как известно, охрана обычно обретается на первом. Эти трое, спавшие на втором, – вообще нонсенс.
В его отсеке оставалось еще две непроверенные комнаты. Но тут в ухе два раза щелкнуло. Мишка звал его к себе.
Переговорные устройства они нацепили еще на чердаке. Но было условлено: разговаривать только в крайнем случае. В остальное время – жесты или вот такие щелчки по микрофону. Один – «Внимание, опасность», два – «Ко мне!», три – «Отходим!»
Сейчас прозвучали два щелчка. Или Штефырца попал в неприятное положение, или нашел наконец спальню Тупикова.
Оказалось, нашел. Однако появилось затруднение. Дверь была незапертой, но в постели лежали двое. Сам боров-хозяин и еще какая-то молоденькая девчонка. Может быть, жена. Но слишком уж молодая для такого статуса. Скорее горничная или просто с улицы.
Они полюбовались на мирно спящую парочку, прикрыли дверь, отошли от нее, чтобы шепот никого не разбудил. Требовалось посовещаться, тут уже никакие жесты и щелчки не помогут.
– Сколько нашел? – спросил Мишка.
– Троих. Все будут долго спать.
– Я двоих.
– У меня еще две комнаты не осмотрены. Надо заглянуть.
– Давай, а я тут покараулю.
Оставлять в тылу два непроверенных помещения было неразумно. Вдруг там кто-то вооруженный есть и в самый разгар допроса решит проверить, как спится дорогому шефу? Неизвестно, попадет или нет, выстрелив в непрошеных гостей, но шуму своим выстрелом наделает. Непорядок.
Потом Евгений мысленно похвалил себя за предусмотрительность. Одна комната пустовала: мебель, выключенный телевизор, и все. А вот во второй нашлось сразу двое охранников. В постелях они не лежали, сидели за столом и, судя по всему, находились на высшей ступеньке блаженства. На столе находилось все для достижения этой ступени: шприцы, жгуты, спиртовка, ложечка, пара пластиковых пакетиков.
Миронов поморщился. Кого только этот Тупиков набирает в охранники? Баловаться наркотой на посту? Да за это расстрелять мало! Похоже, плохи дела в империи местного дона Карлеоне, если такое позволяется. Совсем распустились.
С другой стороны, это и неплохо. Легче будет расхлябанную охрану нейтрализовать.
Он не знал, как реагирует транквилизатор на героин, но выпустил по стрелке в каждого наркомана. Хуже не будет. А загнутся – туда им и дорога. Они все равно уже не люди. Тем более что он – не мать Тереза.
Штефырца, как и обещал, ждал у двери в спальню Тупикова. На его вопросительный взгляд Евгений показал два пальца. Мишка удовлетворенно кивнул. Теперь, если не всполошатся охранники с первого этажа, никто им не помешает.
Они тихо вошли, с минуту смотрели на спящих. Девчонка была так себе. Скорее всего бандит действительно снял ее на улице. Наверное, все-таки не сам. Мало ли у него помощников.
Мишка поднял парализатор и выстрелил в девушку. Незачем ей смотреть на то, что здесь сейчас будет происходить. И лишний свидетель им ни к чему. Пусть спит.
Тем временем Миронов подошел к Тупикову, посмотрел ему в лицо, чтобы окончательно удостовериться, тот ли это человек. Потом тронул стволом голое плечо бандита. Тот замычал, отмахиваясь и не раскрывая глаз. От него сильно пахло перегаром. Квасил Василий Васильевич на сон грядущий. Боялся, что с девкой не сладит?
Миронов ткнул посильнее, сказал:
– Проснитесь, граф, вас ждут великие дела!
Мишка хихикнул:
– Нашел графа!..
Тем не менее чужой голос заставил бандита разлепить глаза. И ничего он не увидел, потому что в комнате было темно, а свет фонарей с улицы сюда не доставал.
– Кто… Кто здесь? – голосом, в котором слышался испуг, спросил Тупиков. Но испуга для того, что они хотели сделать, было мало. Сначала предстояло напугать этого урода так, чтобы он готов был в штаны наделать. Только тогда можно будет задавать любые вопросы. И то, что в комнате темно, даже лучше.
– Смерть твоя пришла, Вася! – послышался голос Штефырцы с другой стороны постели.
