– Не надо, – покачал головой Семен. – Пока не надо… Я с Хозяином разговаривал. Он сказал, что не надо ее трогать. Она ментам на него накапала. Он-то отмазался, но все равно… Обождать надо, пока волна уляжется. А потом можно и повторить…
– Ясно… А с этим, который второй, что делать?
– Сам знаешь, что с ним делать, зачем спрашиваешь?.. Справки я навел, информация есть. Капитан Крушилин сейчас в Ялте отдыхает, в санатории Военно-морского флота.
– Так Ялта – это ж Украина.
– Земля украинская, а санаторий русский… Так что собирай своих бойцов и отправляйся в командировку.
– Ты говорил, он в Чечне воевал, – вспомнил Вячеслав.
– Воевал. И что? – пронзительно посмотрел на него Семен. – Ты что, исполнять его не будешь?
– Почему не буду? Буду.
Такого понятия, как боевое братство, уже давно не существовало для Дутлова. Афган и Чечня остались в другой жизни. В этой жизни есть только киллерская профессия. И ему совершенно все равно кого убивать – хоть друга, хоть врага… Да и не было у него друзей в этой жизни.
– Тогда вперед, и попутного тебе ветра… Это аванс и на дорогу.
Семен протянул банковскую упаковку – десять штук «зеленью». Недешево обходятся хозяину услуги киллерской бригады, зато он может быть уверен, что его заказы будут исполняться всегда и со стопроцентной гарантией.
Мирон спал как убитый. С ним в обнимку какая-то курва прыщавая. Дрыхнут и ухом не ведут. Фадей закрыл дверь в их комнату. Его и самого в сон клонит. Вчера только в половине пятого домой приперся.
Зосима дома не было. Он в последнее время у какой-то ляльки дома живет. Пусть живет, лишь бы насовсем у нее не прописался…
Осень в Крыму не самый лучший сезон, поэтому жилье в частном секторе Ялты дешевое. И домик они с пацанами сняли неплохой. Спокойный такой райончик, хата – три комнатки, кухня, кладовка, все удобства. Конечно, на пять звезд этот номер не тянул. Зато недорого, и хозяйка живет в другом районе. Ей постоянные жильцы в кайф.
А жильцов трое – Фадей, Мирон и Зосим. Было бы здорово, если бы еще Тонька с ними здесь жила. Но нету Тоньки, мыкается сейчас ее душа по лабиринтам вечности. Сама во всем виновата, сама же себя и приговорила. Фадей лишь исполнил приговор.
Он грохнул Тоньку из засвеченного «нагана». Наверняка менты свалят шишки на капитана, а сам Фадей скорее всего останется в тени. Но все же он сдернул из Москвы. В Ялте спокойней. И Олеся здесь. Вот баба, которая ему нужна. Вот баба, ради которой он пойдет на все. И уже многое сделано для того, чтобы привязать ее к себе…
Тщедушного хорька Кирилла больше нет. Но и Фадей не смог занять его место. Хотел занять, но его опередила хорошенькая белокурая сучка Машка, и Леська вспомнила свое прошлое. Устраивала же она когда-то лесбос-шоу для клиентов с богатой фантазией. И подружки у нее были…
Все так классно было задумано. Олеся в трауре, а тут телеграмма, типа, жди. Она бы морально подготовилась к встрече с ним, а он бы помог ей справиться с плохим настроением. Но, увы, Фадей не пришелся ко двору. Потому как Машка оказалась лучшей утешительницей. И ведь он сам виноват. Она его телеграмму Олесе принесла. Не было бы телеграммы, не было бы и знакомства…
Телеграмму дал свой человек из Москвы. В то время как Фадей уже был в Ялте. Он приехал сюда еще до того, как утонул «Брюс Ли». Но не нужно было, чтобы Олеся знала это. Он должен был приехать девятого октября, а приехал восьмого. Это версия для Олеси. И она ее схавала. Вместе с телеграммой. И вместе с Машкой…
Машка девчонка смазливая, не вариант. Фадей попытался ее закадрить, но это лишь ускорило процесс женского единения. И наркота, которую он подогнал, добавила страсти. Слышал, как той ночью поддатые Леська и Машка радовались друг другу. Так подмывало его тогда вломиться к ним в спальню да попасть под горячий язык. Но Леська не простая баба, трудно угадать, что у нее на уме. Она могла за кожаный «ствол» схватиться, а могла и за металлический. Она же настоящий профи, и пистолеты у нее в каждой комнате. А стреляет она по классу «супер» – быстро и в лоб.
