– Вы хорошо изучили этот аспект. Но есть один момент, который вы пропустили. Наш режиссер помешан на реализме. Именно поэтому мы используем настоящее оружие с незаваренным стволом. И именно поэтому он заставил меня направить оружие в сердце Лесли. – Он сделал паузу, затем продолжил: – На первых репетициях я вел себя как любой профессионал. Я целил в сторону от Лесли. Но режиссеру и автору это не понравилось. Они хотели, чтобы сцена была настолько реалистична, насколько возможно. Поэтому мне велели целиться тщательно.
– Вы не возражали?
– Конечно возражал. Я сказал, что это может причинить боль Лесли. Но мы поэкспериментировали и доказали, что ей ничего не угрожает. Вы помните, что я стоял на некотором расстоянии от Лесли, когда... когда...
– Когда выстрелили. Да. Продолжайте.
Майкл взял себя в руки:
– Зернышки пороха никогда не долетали до нее. И пыж не долетал. На таком расстоянии я мог спокойно стрелять холостым, даже целя в сердце.
–Как вчера. Но вы не всегда целились настолько точно. Не так ли?
– Ч-что вы имеете в виду?
– Я имею в виду,– спокойно продолжал Лоуренс,– общеизвестно, как вы небрежны с револьвером. Вы редко утруждали себя точным прицеливанием. В пятницу вечером вы нацелили оружие настолько далеко, что,– Лоуренс, казалось, цитирует,– если бы в барабане был боевой патрон, пуля попала бы в ложу на стороне, противоположной пульту. Другими словами, куда угодно, но не в тело Лесли. Но в субботу днем, в тот единственный раз, когда под бойком находился боевой патрон, вы прицелились так тщательно, что выстрел пришелся в сердце.
Повисла ужасная тишина.
– О, Боже,– простонал Трент. – Он с усилием взял себя в руки. – Послушайте. Я признаю, что небрежно обращался с оружием. Частично это происходило из-за моего пьянства, а частично из-за инстинктивного возврата к золотому правилу, которое вы упомянули. И верно, что вчера днем я целился особо тщательно. Но это не делает меня убийцей! Я лишь подчинился приказу помощника режиссера.
– Я знаю, что Остин велел вам тщательно прицелиться, прежде чем стрелять,– спокойно заметил Лоуренс. – Он повторил нам разговор с вами в уборной.
– Тогда это оправдывает меня.
– Не обязательно. Вы могли быть сознательно небрежны с оружием на предыдущих спектаклях, зная, что помреж, рано или поздно, должен напомнить вам подчиниться указанием режиссера. Затем вы могла поместить в револьвер боевые патроны. Вам велели тщательно целиться – кто мог бы обвинить вас, если бы Лесли умерла?
– Господь всемогущий!– Трент смотрел на Лоуренса с ужасом в глазах.
Голос Пенни задрожал:
– Вы не можете верить, что Майкл способен... на такую...
– Дьявольскую хитрость?– Лоуренс криво усмехнулся: – Давайте будем откровенны. Я еще не сформировал для себя мнения о Майкле. Но если он невиновен...
–Да?
– Есть только один способ доказать это.
– Как?– Кулаки Трента сжались. – Говорите, или я сойду сума!
– Майкл!– нежно одернула его Пенни. – Она серьезно посмотрела на Лоуренса: – Продолжайте, пожалуйста.
Лоуренс повернулся к Тренту:
– Единственное, что может спасти вас сейчас, это полная откровенность – до мелочей. Вы попытались скрыть правду о своих отношениях с Лесли Барр и потерпели неудачу. Теперь давайте вытрем доску начисто и начнем сначала. Я хочу знать о ней все.
– Но я уже сказал вам...
– Вы ничего нам не сказали. Но не думайте, что мы не знаем о вас и Лесли... и о Ричарде Мервене.
Трент затаил дыхание:
– Не понимаю.
Лоуренс улыбнулся:
– Думаю, прекрасно понимаете.
Майкл посмотрел на девушку, затем вновь на Лоуренса с немой просьбой. Олджи понял. Он дружелюбно сказал:
– Пенни, дорогая. Вы сказали, что доверяете мне.
– Да,– кивнула она.
– Тогда сделайте то, что я попрошу. Оставьте нас сейчас. И не задавайте вопросов.
Глаза девушки расширились. Она молча встала.
Трент протянул руку чтобы ее остановить:
– Пенни! Не уходи!
Она наклонилась и слегка поцеловала его:
– Я должна.
–Но...
– Позвони мне, когда закончите. Я буду ждать у телефона. – Она вышла.
– Замечательная девушка,– заметил Лоуренс.
Трент явно был недоволен.
– Почему вы отослали ее?
– Чтобы спасти вашу репутацию. Она ничего не знает о вашем преступном прошлом.
– Преступном!
– Вы ограбили банк,– ласково пояснил Лоуренс. – Это же преступление, как мне кажется.
Трент попытался рассмеяться:
– Вы бредите!
Лоуренс упрямо продолжал:
– Вы взяли награбленное и сбежали с Лесли. Мервена оставили расплачиваться.
Трент тяжело задышал. Лоуренс насмешливо следил за ним:
– Надеюсь, вы не станете бушевать. Это будет лишь напрасной тратой времени.
Трент постепенно овладел собой. Он ответил легкомысленным тоном:
–Я не собираюсь что-либо отрицать. Нечего отрицать. Вы не можете доказать свои обвинения.
Олджи спокойно согласился:
– Не могу. К тому же, не хочу. Именно поэтому мы будем с вами сотрудничать.
Трент заколебался:
– Вы должны объясниться.
Лоуренс поудобнее устроился в кресле:
– Я не пытаюсь обвинять вас в грабеже семилетней давности. Я хочу раскрыть вчерашнее убийство.
– Тогда почему?..
