«ПЬЯНКИ ПРИ ДВОРЕ КОРОЛЯ АРТУРА. Древние были мудры. Если они что-то изрекали, то на века. К примеру: ин вина веритас. Вероятно. Во всяком случае, допустимо. Если не забывать, что ин вина еще и спиритус…»
Вот и все, что там было. Начало очередного фельетона, наверное. А на кассете, когда я ее перевернул, была музыка. Рояль вел себя солидно и уверенно. И вот к нему почти неслышно подкрадывается скрипка. И когда они встречаются, возмущается большой барабан, привлекая внимание общественности. И та — в лице тромбонов, фанфар, кларнетов — немедленно откликается и трубит всем, что…
Но тут Куртов смотрит на меня. Он часто на меня так смотрит, с тех пор, как мы познакомились. Я его понимаю… И снова контролирую себя (какая может быть музыка сейчас?!), переворачиваю кассету еще раз. А там:
«— …пляться, кишки на уши намотаю! Я не прошу никого! Хочешь — бери, не хочешь — не бери! Иди, дорогой, не мешай! Делом займись, делом!
— Я не настаиваю. Просто интересно…
— Интересно — в кино иди! Меня не трогай только… Красавица! Стой! Стой, говорю!.. М-м-мых-х! Самый красивый выберу!»
— Спекулянт, наверное, — роняет Куртов. — Запись на улице. Возможно, очередной герой…
Куртов стоит в дверях, загораживая выход, и постукивает пальцами по косяку — дробно, сухо, часто. Старший… Как-то у него получается выглядеть старшим. Хотя мы с ним, по существу, ровесники. И по званию тоже… Опыт, наверное. Я что? Политех, распределение, чуть больше полгода на врастание в коллектив конструкторского бюро — и по комсомольскому набору в милицию. И за плечами в погонах — несколько месяцев на курсах и еще месяц уже в нашем райотделе. Плюс детективная мешанина из прочитанного: пиф-паф, иду по следу, руки вверх!.. А Куртов сразу после армии и уже много лет. Куртов умеет себя контролировать и эмоции умеет придерживать. Главное — факты.
Факт — звонок в райотдел. Факт — обнаружен труп. Факт — банальный инфаркт. По предварительному заключению… Отсутствие события преступления. Собственно, наша с ним миссия окончена. И скорее даже моя. Все потому, что на стыке дежурств. И мне бы сейчас спать и спать. Тем более ночка была! Разбирались с пьяной дракой. Машина возвращалась с маршрута: «А я не лез, я разнимал! Витек, скажи!.. Разрешите доложить! Оказал сопротивление, хватал за воротник… Слушь, лейтенант! Будь человеком! Не трогал я вашего! Держал просто одной рукой, легонько! А другой рукой бутылку заканчивал! Так вы же все равно загребете, так хоть чтоб добро не пропадало! Ну, ты человек или кто?! Еще доставили! Нарушали ночной общественный порядок путем распевания песни «Как прекрасен этот мир» в неположенном месте…»
Спать хочется… Только «Салем» и «Шипку» одновременно не курят. Или то, или другое. Или… один курит одно, другой — другое… Значит, что? Был кто-то?.. А кто? А когда?.. До? После? Во время?.. Надо бы выяснить, кто здесь вчера гостил. Для Куртова важны факты, а разные окурки — это не факт?
Инфаркт инфарктом, но у фельетониста Гатаева врагов должно быть множество. Фельетон — не юбилейная речь. А неоказание помощи — тоже преступление. То есть Гатаев курил, скажем, «Салем» (как-никак пресса, и все такое), а второй — «Шипку». Тут удар с Гатаевым, а гость уходит. Не вызвав «скорой», никого не вызвав… А? Богатое у меня воображение! Снова детективная мешанина? Потому что первый раз сталкиваюсь с покойником? И Куртов снова смотрит на меня… Я его понимаю. Но!
Но это мы еще поглядим, так ли все просто…
Рядовой случай… Может, для людей с опытом он и рядовой, но у меня и ряда еще не выстроилось. Всего месяц с небольшим при погонах — какой тут опыт?! Да еще и в отпуск сразу — догуливать за свою бытность в КБ. Отпуск — это хорошо. И последнее дежурство. И Сашка уже свою «Яву» отладил, а я — свою. И уже договорено — сроки, горючее, маршрут. Средняя полоса — лучшее место для мототуризма. Только вот отосплюсь…
Тем более Куртов говорит: «Какое дело?! Какая прокуратура?! Езжай! И без тебя тут хлопот…» Тем более Сашка говорит: «Охота тебе! Ты же все сделал — выехал на место, осмотрел, доложил! И вообще уже не в твое дежурство! Поехали, а то дожди зарядят через неделю, дороги раскиснут!» И я говорю: «Нет уж!»
