родственников, знакомых потерпевшего, побеседовал с подозреваемыми...
Где-нибудь кого-нибудь да зацепишь. Остается или выждать, или догнать. Как
в букваре". Понял? Что посоветуешь ему ответить?
Илья молчал, глядя в окно. "И чего он ко мне пристал, как будто я эту
схему придумал? Сам ведь знает, что иначе похитителей этих, а может быть,
и убийц, черт бы их побрал, не найдешь. А план, схема-дело святое. Не нами
изобретено, не нам на них и крест ставить".
- Ладно, ладно, - улыбнулся Смолянинов. - Ты не обижайся. На-ка, вот,
познакомься, - полковник протянул Илье один из томов архивного уголовного
дела, которые стопой лежали на столе Логвинова. - Обрати внимание HP.
перечень и описание церковной утвари. Может, пригодится. И, главное, про
плюшевую скатерть не забудь. Похоже, Ревзин видел ее в той квартире, куда
его затащили. Я к тому все это говорю, что к такому делу особый подход
нужен, нестандартный. Было убийство или нет, мы не знаем. Ты заявления
Ревзина все сохранил?
- Все. Я на него отдельную папку завел. Могу показать.
- Это ты проверяющим свою папку показывай, а мне давай всю подноготную
своих подростков.
- А подростки-то при чем?
- А при том, что они чуть ли не каждый вечер собирались в подъезде
Реазина, на площадке между вторым и третьим этажами. А теперь куда-то
подевались.
Что, не знал? Проверь.
Молчавший во время этого разговора Логвинов не мог не поддержать Илью,
видя, что тот совсем спин под неодобрительным взглядом полковника:
- Без опроса соседей нам все равно не обойтись.
Но этого мало. Книги эти злополучные наверняка хранились где-то в нашем
городе. Скорее всего в бывшем монастыре или на чердаке недавно снесенного
дома.
Надо найти источник их появления и одновременно с ручейками разобраться.
- Откуда, Ким Климыч, такая уверенность? - спросил Смолянинов.
- Потому как негде им больше быть. Все старинные библиотеки хранились в
церквах и монастырях или в частных коллекциях. Да еще среди ненужного
хлама. Сколько исторических тайн с его помощью открыли! Не счесть!
- Тебе виднее, - хмыкнул полковник. Он хорошо помнил всю подноготную
своих подчиненных и знал что Логвинов закончил исторический факультет
Ленинградского университета. Светлана училась одновременно с ним - в
медицинском. Она выбрала эту специальность, чтобы вылечить давно болевшую
мать. Киму предложили остаться в аспирантуре. Но он отказался, оставил в
Ленинграде мать и двух старших сестер и поехал на родину Светланы, ставшей
незадолго до этого его женой. Работы по специальности сразу не нашел и по
совету секретаря обкома комсомола, с которым был знаком еще со школы,
поступил на службу в милицию. Теперь Ким уже считал, что другой работы ему
и не надо. Тем более что знания, полученные в: институте, пригодились и
здесь. Не хватало, правда, юридической подготовки, особенно на первых
порах, а поступать на юрфак было уже поздно - работа и семья занимали все
его время. Тогда он сделал "проще" - одолел курс юридической науки
самостоятельно.
- Так все уж, наверно, отыскали, - неуверенно произнес Сычев. - Сколько
лет прошло. - За весь вечер он не проронил ни слова, но между тем
внимательно слушал.
- Если бы отыскали, мы бы с тобой сейчас дома были. До сих пор ученые
не могут найти несколько огромных библиотек русских царей. Ярослав,
недаром его Мудрым назвали, так запрятал свою библиотеку где-то в соборе
святой Софии в Киеве, что ее с тех пор никто не видел.
- Значит, не очень-то нужна, раз плохо искали, - заметил Илья.
- Еще как искали! - воскликнул Ким. - Перед самой революцией неподалеку
от собора провалилась земля. Посмотрели - а там подземный ход. За раскопки
взялся киевовед по фамилии Эртель. Ходил-бродил и в один прекрасный день
нашел кусок березовой коры с надписью, что, мол, кто найдет этот подземный
ход, тот найдет великий клад Ярослава. Ученые, конечно, бросились на
поиски, а один, видно, самый дотошный, возьми да исследуй эту записку.
Оказалось, что шрифт надписи не такой уж и древний: начала восемнадцатого
века. А Ярослав жил в одиннадцатом.
- Как же она туда попала? - поинтересовался Вадим.
- Мало ли было кладоискателей! Может, библиотеку Ярослава давно
пытались обнаружить? Кто-то из них и решил подшутить над потомками. Так до
сих пор о той библиотеке ни слуху ни духу.
- Ну а другие? - спросил Смолянинов. Оп со все возрастающим интересом
слушал Кима, жалея о том, что самому ему не довелось читать об этом.
- Как в воду канули, а вернее, в землю.
- Как библиотека Ивана Грозного? А может, это все легенды? - подал
голос Сычев.
Не отличавшийся общительностью, сегодня Вадим был особенно хмур.
Смолянинову казалось, что он заставляет себя принимать участие в
разговоре, но Логвинов, ставший свидетелем утренней сцены в квартире
Ревзина, догадывался о причинах сумрачного состояния товарища.
- Есть два достоверных свидетельства о существовании этой библиотеки...
Ким посмотрел на часы. Они показывали десять с минутами. За окном
стояла ночь. Родственники, конечно, уже разошлись. Светлана уложила дочку
и сейчас на кухне моет посуду. Ему очень захотелось домой, и он не скрывал
