Но всё поменялось, когда новым противником мечника стал орк в чёрных, как смоль доспехах. Орки, некогда окружившие его, разошлись в разные стороны, не желая случайно попасть под раздачу.
-Человек сильный, очень сильный. Много братьев умереть от руки человек. Человек доказать быть не просто Морра, человек носить титул сильнейший из Морра. Но человек быть глупый раз остаться. Грам Курош, имя твой противника, мой имя. Запомнить его. Как твоя называть?
Особо не церемонясь, заговорил орк, прерывая царившую в этом месте тишину.
-Если бы я знал. У меня нет имени. По крайней мере, я его не помню. Но ты можешь звать меня двурукий. Такое имя я недавно получил.
-Моя запомнить имя такой хороший воин. Твоя знаком с обычай орков. Твоя чтить их. В знак уважения, моя чтить твои и оставить тело в целости.
Сжав мечи покрепче и незаметно разминая ноги, двурукий бросил оба клинка в разные стороны, произнося.
-В этом нет необходимости.
И не дожидаясь какого-либо сигнала или ответа, мечник рванул прямо на орка.
Глаза вновь были открыты, но вместо орков перед лицом лежал небольшой камень. Через секунду тело пронзила невероятная боль. В попытке подняться, боль только усилилась, давая понять, что раны серьёзные.
Обрыв, в котором я прибывал, был пуст и чёрен. В воздухе стояла непереносимая вонь. Разглядеть что-либо было невозможно, но по запаху было понятно, что здесь пахнет, не только отходами, но и гнилой плотью.
Меня вырвало себе под ноги. Тело было слегка мокрым и очень холодным. Сам того не замечая, я начал дрожать. Создав пламя в руке, я поднёс его поближе к телу и обомлел, когда увидел, что на пальцах не осталось кожи, они были стёрты в кровь.
Осознав повреждение, боль не заставила себя ждать. Осмотрев себя, я заметил, что рана на спине слабо кровоточила из-за чего, я был весь в крови. Не сумев подняться, я сел на задницу и начал залечивать раны по всему телу.
Когда маны практически не осталось, я начал восстанавливать её, одновременно осматривая своё тело. Кровотечение остановилось, но на теле не осталось живых мест. Левая рука была сломан в двух местах, пальцы стёрты, ноги не двигались и практически не ощущались, что тревожило больше всего.
Внутренности ощущались, как будто по ним прошлись молотком для отбивки мяса. Голова кружилась, а сознание готово было угаснуть в любую минуту. Удивительным было то, что я очнулся. Благодаря этому я смог заняться своими ранами, иначе был бы мёртв.
Слегка восстановив ману, я принялся снова лечить раны. Это действие продолжалось раз пять, пока я не понял, что это бессмысленно и не имеет никакого эффекта.
Подняться на ноги по-прежнему не удавалось. Проклиная себя, я начал подниматься с помощью рук. Но и тут ждала безнадёга, потому что левая рука практически не шевелилась, а двигая ей даже едва, я причинял себе большую боль.
Я снова проклял всё и вся, пытаясь успокоится.
Я сидел в тёмной сырой яме, ожидая своего конца. Страх, боль и отчаяние отступили, оставляя меня одного с самим собой.
Я рассмеялся про себя.
Я вздохнул понимая тщетность своего существования.
