Мы обнаружили, что кто-то уже использовал балкон в качестве входа, кто-то, не опасающийся оставить следы. Похоже, это было совсем недавно — иначе патруль бы уже принял меры, заметив неладное.
— Надо попасть в дом.
Дотс не стал спорить, хотя был не в восторге от этой идеи.
— Люк на крыше не заперт, — заметил он, — если, конечно, никто не изучал путь нашего отступления.
Мы оставили его незапертым — запор действовал изнутри.
— С самого утра сегодня мечтал только о том, чтобы полазить по крышам.
— А все потому, что ты из тех, кто не хочет оставить события развиваться своим чередом.
— Повелитель Огня щедро мне платит.
— Ладно, не будем препираться.
Морли огляделся вокруг, я последовал его примеру. Казалось, мы находимся в городе-призраке. Здания, здания… и никаких признаков присутствия человека.
— Жуть, — прошептал я.
Морли уже начал карабкаться по водосточной трубе, как две капли воды похожий на остроухую обезьяну. Я потащился следом и, застонав от напряжения, перевалил свою тушу через карниз плоской крыши.
— А я-то считал, что вернул себе былую форму, — выдавил я, отдуваясь.
— Топтание по пивным лужам — не лучшее упражнение для мышц ног, Гаррет. Пошли.
«Топтание по пивным лужам»? И я «превратился в задницу»… Так-так.
Прежде чем двинуться за Морли, я бросил взгляд через плечо и увидел на балконе одного из домов глазеющую на нас женщину.
— Неприятности, — сообщил я. — Свидетельница.
— Пригнись. Если она не заметит, куда мы идем, у нас может оказаться достаточно времени.
Времени для чего? У меня возникли серьезные сомнения в изначальной мудрости нашего подхода к делу.
Приблизившись к люку, я увидел, что и Морли не страдает от избытка уверенности в себе. Но он — темный эльф и отступает от задуманного только под влиянием серьезных аргументов. Мои нелепые предчувствия не произведут на него никакого впечатления.
Мы напряженно вслушивались, но по другую сторону люка царила тишина. Без всякого энтузиазма я рискнул приподнять крышку на дюйм. Морли включил в дело свои более острые зрение и слух. Внимательно вглядевшись в темноту, он втянул в себя воздух и заметно помрачнел.
— Что такое? — прошептал я.
— Пока не знаю.
— Там кто-то есть?
— Дело не в этом. Открывай. Нам следует поторопиться.
Я поднял крышку люка. На улице пока царила тишина, но я знал, что долго она не продержится. Ведущую вниз лестницу залил дневной свет. Ни человек, ни чудовище не поднялись снизу поприветствовать нас.
Морли быстро скатился по лестнице. Я последовал за ним, но медленнее — едва я опустил за собой крышку, в помещении воцарилась чернильная тьма. Без всяких приключений мы достигли верхнего этажа. Морли непрерывно продолжал принюхиваться. Я тоже пустил в ход обоняние и тут же вдохнул столько пыли, что с трудом удержался и не чихнул. Но что-то я смог уловить…
Снизу долетел странный звук. Жалобный стон, похожий на последний крик потерянной души.
— Привидения, — сказал я.
— Вовсе нет.
Он был прав. Там, внизу, кто-то только что получил тяжелую рану. Я бы предпочел встречу с привидением.
Пришлось удвоить осторожность.
Убедившись, что этот этаж безлюден, мы бесшумно спустились вниз на один уровень.
— Мы продвигаемся слишком медленно, — пробормотал я.
Морли согласно кивнул:
— А что нам остается делать?
До нас донеслись еще два вопля отчаяния и агонии.
Морли был не прав. У нас имелись варианты. Мы, например, вполне могли убраться отсюда до появления головорезов из охраны.
Следующий этаж носил следы человеческого присутствия. Мы с Морли без слов поспорили о количестве бывших обитателей и сошлись на том, что их было больше полудюжины. Не исключено, что здесь ютилась вся банда, которую мы повстречали в пакгаузе.
Еще один крик. С площадки лестницы, ведущей вниз на второй этаж, мы слышали отдаленные голоса спорящих людей. Морли поднял три пальца, затем — четыре. Я согласно кивнул. Четверо плюс те, кто пострадал и не мог общаться.
Дождевик известен тем, что обожает пытки, вспомнил я.
Витавший в воздухе запах становился все сильнее. Но я пока не мог определить, чем именно пахнет.
Морли все еще колебался, продолжать ли спуск. Я не рисковал говорить даже шепотом и целиком положился на его инстинкты. Едва начав спускаться, мы тут же замерли — снизу раздался звон стали. Сплошные сюрпризы.
Три здоровенных типа галопом пересекли поле нашего зрения, размахивая тяжелыми стальными клинками. Патруль. Вошел через балконную дверь. Болванам-охранникам придется действовать быстро — кто-то из них споткнулся, наступив на шнурок ботинка, и сорвал неожиданность операции.
— Прячемся! — приказал Морли, ткнув большим пальцем куда-то вверх. Я молча согласился. Похоже, более молодые и энергичные стражи порядка решили воспользоваться проторенным нами путем.
Все было сделано вовремя. Едва успев нырнуть под чехлы, оберегающие от пыли антикварную мебель, мы услыхали топот ног по ступеням. Я боялся выдать себя, расчихавшись, но тут же забеспокоился, что мы оставили на пыли следы. Я не мог припомнить, были ли там отпечатки чьих-либо ног, кроме наших.
