– Очень приятно, мистер Габби, – сказал Гомер и тоже назвал своё имя. – Рад с вами познакомиться. Это, наверно, страшно интересно – повсюду ездить и рекламировать свои сандвичи.
– Совсем нет, – сказал мистер Габби. – Я не рекламирую и не делаю никаких сандвичей. Наоборот, из меня делают… Вешают спереди какую-нибудь рекламу, сзади ещё одну… А посерёдке – я. Понятно? Как сандвич.
– Ага, – сказал Гомер. Он уже к этому времени разыскал муку и дрожжи. – Но всё равно интересно. Ведь сколько вы ходите, ездите…
– Порядочно, – сказал мистер Габби. – И на своих двоих, и на поезде. Правда, больше на товарном. Понятно?
– Да, – ответил Гомер. – Только это очень опасно, верно?
– А что сейчас не опасно? На чём ни поедешь, всё равно только и жди аварии. Возьми, к примеру, самолёт… Понятно?
В это время у дверей кафе остановился шикарный сверкающий чёрный автомобиль, огромный, как железнодорожная платформа, и из него выскочил шофёр. Он открыл заднюю дверцу, и оттуда вышла женщина. Они с шофёром зашли в кафе, женщина улыбнулась Гомеру и сказала:
– Мы бы хотели слегка перекусить. У вас ведь найдётся кофе и пончики? Это просто прелесть!
На что Гомер ответил:
– С удовольствием, мэм, но, к сожалению, я только-только собирался замесить тесто, а потом ещё надо включить вот эту машину… Так что кофе, пожалуйста, хоть сейчас, а пончики…
– Какой милый и умный мальчик! – воскликнула женщина. – Просто прелесть! Он даже знает, как делать пончики.
– Ну, я не очень-то знаю, – сказал смущённо Гомер. – Я их раньше никогда не делал. Но у дядюшки Одиссея записан рецепт…
– Ах, милый мой мальчик! – закричала женщина. – Умоляю, разреши помочь тебе. Уже тысячу лет я не делала пончиков. Я ведь знаю такой изумительный рецепт. Просто прелесть! Пальчики оближешь! Позволь мне замесить тесто по собственному рецепту!
– Но, мэм, – сказал Гомер, – я не знаю…
– Вы все заговорите по-другому, как только попробуете мои пончики. Только дай же мне какой-нибудь передник!
И она сняла своё шикарное меховое пальто, сняла часы, браслеты, сдёрнула кольца и закатала рукава платья.
– Чарлз, – сказала она шофёру, – передайте-ка мне дрожжи… Вот так. А вы, молодой человек, разыщите-ка мускатный орех.
С этой минуты и Чарлзу, и Гомеру некогда было скучать: они беспрерывно приносили, подавали, разбивали яйца, а женщина смешивала, взбивала, посыпала… И только мистер Сандвич, он же мистер Габби, спокойно сидел на своём стуле, попивал кофе и с интересом взирал на всё происходящее.
– Ну вот! – сказала женщина, когда всё, что нужно, было наконец смешано, взбито и посыпано. – Тесто готово. Теперь вы скоро попробуете мои пончики!
– Ой, что-то очень много теста получилось! – сказал Гомер. – Тут, наверно, раз в десять больше, чем у дядюшки Одиссея, когда он сам делает.
Гомер влез на стул и с помощью шофёра стал заправлять пончиковый автомат – переливать в него тесто из огромной миски. Потом он спрыгнул на пол и нажал на боку у автомата кнопку со словом «Пуск». И машина заработала. В её нутре начали штамповаться колечки из теста и одно за другим падать на противень с горячим маслом. Там они подрумянивались с одной стороны, потом автоматически переворачивались на другую, и готовая продукция выталкивалась в жёлоб и аккуратно скатывалась по нему в пончикоприёмник.
– Какая милая машина, – сказала женщина, когда первый пончик выскочил из жёлоба и ударился о дно ящика. – Просто прелесть!
Она достала первый пончик и угостила Гомера, приговаривая:
– Ну, молодой человек, для вас самый первый… Разве он не вкусный? Разве он не прелесть?
– Да, мэм, очень вкусно, – отвечал Гомер.
После чего женщина угостила шофёра и мистера Габби и каждого по нескольку раз спрашивала:
– Разве не вкусно, а? Скажите! По-моему, просто прелесть!
И все соглашались с ней, потому что и правда пончики были на славу.
– Старинный семейный рецепт, – с гордостью сказала женщина.
Гомер налил взрослым по чашке кофе, себе – молока, и все присели у прилавка и с удовольствием съели ещё по нескольку пончиков.
Но вскоре женщина поднялась и сказала:
– Я очень, очень рада, что вам понравились мои пончики, но теперь мы должны ехать… Забирай свой передник, мальчик, и уложи мне в пакет две дюжины пончиков. Я возьму их в дорогу. Чарлз, не забудьте уплатить за них.
Она опустила закатанные рукава платья, надела все свои кольца и браслеты, а шофёр накинул на неё шикарное меховое пальто.
– Спокойной ночи, молодой человек, – сказала на прощанье женщина. – Я давно не получала такого удовольствия. Было так приятно. Просто прелесть!
И она вышла из кафе и хлопнула дверцей своего шикарного автомобиля.
– Неплохие пончики, – сказал Габби, когда машина тронулась. – Что правда, то правда.
– Ещё бы, – сказал Гомер. – Угощайтесь.
Они стояли и смотрели, как пончиковый автомат продолжал равномерно выбрасывать пончики. Десять… двадцать… тридцать… пятьдесят…
– Пожалуй, довольно, – сказал Гомер. – Если не хватит тем, кто придёт после конца сеанса, сделаем ещё. А пока надо выключить.
