Жрец перевёл мне слова старосты, а затем подозвал своего племянника и сообщил ему о принятых решениях. Закончив с этим, я предложил пройтись посмотреть на варанов. Староста, жрец, Марак, новый командир стражи и группа крестьян вызвались проводить меня на уничтожаемое поле. Подойдя к арыку, за которым было полувытоптанное поле, я увидел двух здоровенных ящериц. В холке они достигали полутора метров, толстые кривые ноги уверенно держали могучие тела, сзади которых по земле тянулись длинные хвосты. Эти рептилии были довольно сильны, но недостаточно подвижны. Поэтому мне пришлось переложив канистру-саквояж в правую руку, перепрыгнуть через арык, чтобы крестьяне не путались под ногами. На поле росло что-то похожее на кукурузу, но початки завязались недавно и стебли были высотой менее метра, что не мешало обзору. Раззявив пасти, оба крокодила не спеша пошли на меня и получили по ледяной стреле через пасть в мозг и в сердце. Стрелы были одновременно брошены с ладони и мгновенно разрушили и заморозили цели. Две туши медленно опутились на землю, немного подёргались и затихли. Крестьяне ожидали долгой и упорной схватки и были крайне удивлены мгновенным убиением «ужасных чудовищ».
Далее обратный прыжок через арык и вопрос к Мараку – готов ли мой дом? Меня обрадовали, что хижина уже готова, меня немедленно туда отведут и мне туда же принесут обед. А жаркое скоро приготовят из убитых мною ящериц. Сегодняшние приключения меня несколько утомили, поэтому возможность отдохнуть в собственной хижине меня обрадовала. По дороге Марак рассказал, что они просили хурбея – местного правителя низшего ранга убить варанов, но он запросил за это пять юношей и пять девушек в услужение и десятую часть урожая в течение десяти лет. Это было очень дорого, поэтому на деревенском сходе решили подождать меня, и только если меня долго не будет или для меня это окажется слишком сложным, то тогда согласиться. Нас догнали жрец с двоюродным племянником и поблагодарили за моё вмешательство. Парень заговорил о добыче серебрянки, но жрец резко прервал его. Тема была явно интересная, хотя о чём речь было мне не понятно. Но выяснять это надо было не на улице, а например в храме. Последний был открыт круглосуточно, а по ночам жрец в нём ночевал. Выяснять подробнее я не стал, так как мы уже подошли к моему дому.
Моё жилище представляло собой лёгкую хижину из тростника, обмазанного глиной. Тростник рос по берегам арыков, где его срезали на топливо и хозяйственные нужды. Пол в хижине был глинобитный и прокалённый костром, что делалось только в богатых домах. Около стены было устроено ложе из нескольких мешков с соломой. К стене со стороны ложа была приделана спинка, сплетённая из прутьев. Рядом стояло два кувшина с водой для питья и умывания, а очаг был на улице. Ещё в хижине было несколько плошек и чашек. Отсутствие кастрюль и сковородок Марак объяснил тем, что любая хозяйка с удовольствием для меня сготовит и собственная посуда поэтому мне не нужна. На трети длины окружности от двери в полу был деревянный лючок, под которым располагался минипогреб. В нём лежала вязка вяленой рыбы и лепёшка, и туда же я поставил саквояж-канистру. Туалет был в полях, чтобы удобрение зря не пропадало, а раз в пять дней устраивалось нечто вроде общей бани. Вошли дочери Марака и принесли фасолевый суп с лепёшками, который мы с ним с удовольствием съели. Минут десять пришлось подождать, пока принесут мясо с овощами, зато куски были огромными. Мясо запивали то ли легчайшим вином, то ли слегка забродившим соком. Закончили обед неплохим чаем со сладкими палочками.
После еды я немного пораспрашивал Марака обо всём. Этот мир назывался Наомис, а их страна – Мероя. Она тянулась от южной гряды до северных лесов. На востоке тоже была горная гряда с двумя выходами к морю, а на западе камнистая пустыня, в которой никто не жил. Их деревня была крайней на запад и недалеко от южной гряды. Почти вся страна, представляла собой пустыню с нечастыми поселениями. Более удобные для жизни места были около восточной гряды и вдоль двух рек, текущих из северных лесов к морям на востоке. На восточной реке ближе к морю располагалась столица. В деревню купцы заглядывали раз в несколько лет, а представитель хурбея заезжал осенью за скромной данью продовольствием. Сами селяне иногда ездили в небольшой городок на юго-восток от деревни, когда были заметные излишки урожая или повезло найти что-нибудь ценное, а заодно покупали инструмент, металлическую посуду и бурый уголь. Одежду и обувь шили сами, посуду лепили из глины и высушивали на солнце. Имелась печь для её обжига, но пользовались её редко – уголь был в дефиците. Кстати у меня в хижине посуда была с рисунком и обожжёная. Зверьё вроде варанов или твари из прохода заглядывали редко, но всегда наносили большой ущерб – селяне даже не пытались с ними бороться. Они тогда просили помочь хурбея, но он редко соглашался и тогда требовал за помощь немыслимую цену. Я же убил даже нага, с которым хурбей отказался связываться, и ничего серьёзного с них не спросил.
