Когда-нибудь, когда в Тао-Эрис воцарится спокойствие, какой-нибудь богатей приобретёт этот дом и будет наслаждаться его уютом. Но пока жить в таких домиках опасно. Рядом с домом находится тюрьма в полэтажа над землёй и три вниз. Тюремщики тоже сбежали, а в нескольких десятках камер лишь трое заключённых – крестьянин, посмевший поселиться недалёко отсюда, купец, возразивший на грабёж его каравана и какая-то полусумашедшая женщина. Мужиков мы отпускает, а женщина хочет идти с нами и предсказать судьбу Аранейну. Дмитрий догадался прислать взвод на автомобилях. У каждой довольно вместительный прицеп, в которые люди Маэрим грузят добычу. Любопытно, что стёкол, в отличие от Бирейнона в окнах нет, а стоит магическая завеса, не пускающая в дом насекомых, птиц, дождь и сильный ветер. В кладовых довольно много вещей из Аранейнона и Та-аня установила портал, по которому они возвращаются обратно. На конюшне нашлось два десятка лошадей и Куини предлагает размяться и проехаться с одним отделением до Фериона – он принципиально называет этот замок моим именем. Я соглашаюсь – стоит сухая холодная погода, типичная для этих краёв поздняя осень. Никто не филонит и вскоре дом пуст. Даже из тюрьмы изъяты наручники, ошейники и тюфяки тюремщиков. Моё указание о полном грабеже выполнятся буквально. Кто-то из слуг жалуется, что его оставили без одеяла. В ответ Маэрим приказывает им снять с себя всю одежду и благодарить Лекеса, что тот не приказывает снять с них кожу. Жалобы и разговоры мгновенно прекращаются. Даже старик-дворецкий замолкает и все смотрят, а кто же этот страшный Лекес. На скромного монаха из братства Ожидающих никто разумеется внимания не обращает, что вызывает немало ухмылок. Наконец грабить больше нечего, и все уходят по порталу в Ферион. Остаются только Куини, мои телохранители и одно отделение. Автовзвод тоже недавно уехал – их моторы ещё слышны. Но мы на лошадях и поедем более короткой дорогой.
Впереди четвёрка головного дозора. За ними едем мы с Куини, далее мои телохранители, а за ними в колонну по два отделение. Едем молча, особенно никто не устал, но так приятно понюхать и послушать осенний лес. Скоро выпадет снег, в Тао-Эрис снега сразу выпадает много и он лежит до весны. А зимний лес совсем другой. Едем довольно быстро, в этом мире обычно перемещаются быстрее, временами переходя с шага на рысь. Подъехав к ответвляющейся на север тропинке, слышим топот. По ней к нам галопом скачут трое. Куини тут же перестраивает отделение обложив тропинку с дух сторон четвёркой. Две четвёрки на тропе впреди и сзади и мы шестеро чуть в стороне от тропинки. Тройка всадников вылетает на тропу и вынуждена остановиться, всё перекрыто. Одна из них женщина со светло-жёлтыми волосами, подобная масть встречается здесь часто. Один из мужчин похож на неё, наверное брат, другой тоже не крестьянин.
– Пропустите, – возмущённо требует она, –мне срочно нужно к Аниору.
– К которому, – слегка придуриваюсь, – и зачем.
Она брызжет яростью, но со мной полтора десятка воинов, что вынуждает её продолжить разговор:
– Он должен подтвердить мою охранную грамоту.
– Какую еще охранную грамоту?
Бледная от ярости она начинает краснеть, но со стороны тропинки слишится топот более многочисленного отряда и это вынуждает её торопиться.
– Я переспала с Аниором и он выписал мне охранную грамоту от налогов и поборов.
– Один раз? – уточняю я. Воины за моей спиной откровенно посмеиваются, но мне интересно подробнее узнать местные нравы.
– Нет, я ублажала его семь дней и он остался очень доволен, даже выдал эту грамоту, – сеньора уже красная как варёный рак, – и я пожалуюсь на вас Аниору. Куини кивком подтверждает, что это вполне возможно и говорит:
– Интересно будет послушать и другую сторону.
Сеньора обречённо опускает руки, а со стороны тропинки к нам подлетает второй отряд. Их пятеро и настроены они весьма агрессивно, но мои воины нацелили на них автоматы и арбалеты. Четвёрка у тропинки проезжает по ней и перекрывает путь отхода. Поэтому их главный, импозантный мужчина с красной рожей и казацкими усами командует:
– Сабли в ножны, и подаёт пример. Потом спрашивает:
– Вы воины Седого? Я улыбаюсь и говорю:
– Сейчас спрашиваю я. Почему вы преследуете эту женщину? Он злобно зыркнул на меня и на неё, но ответил:
– Бейлиф приказал взыскать со всех дополнительный взнос и Аниор это подтвердил, а эта шлюха тычет свою грамоту, которая недействительна. Я ей по хорошему пытался объяснить – заплати, а там можешь опять просить Аниора пустить тебя в его постель. А она вцепилась мне когтями в лицо. Год назад он тебя выгнал и велел больше к себе не пускать, надоела.
– А ты что скажешь? – обращаюсь я к сеньоре, но она обречённо молчит.
– Вот видите, – почти кричит красномордый, – и сказать ей нечего. Пусть платит и за свои когти штраф тоже платит!
– А что это за дополнительный взнос?
Красномордый удивлённо смотрит на меня – бейлиф хочет нанять магов против Лекеса, – он делает охранный знак на моё имя.
– А зачем ему маги, он что сам не может справиться? – продолжаю изображать дурачка.
