Сунув Шарпу гроссбух, леди Камойнс пододвинула к столу стул:
– Пожалуй, я всё же побуду с тобой, Саймон. Дела государства – это так увлекательно.
Генерал сэр Барстэн Максвелл решил, что мир перевернулся. Провинившийся стрелок весело скалился, просматривая красный том. Могущественный военный министр и его спесивый приятель Симмерсон от ужаса лишились дара речи.
Графиня уселась на стул:
– Итак, Саймон…?
Феннер словно очнулся. Схватив с конторки притихшего клерка его записи, он разорвал их надвое.
– Ваша Милость! – запротестовал Максвелл.
– Вас это не касается, сэр Барстэн! – отрезал Феннер и рявкнул на клерка, – Вон!
Тот уронил перо и пустился наутёк.
Ноздри Максвелла раздулись от возмущения:
– Ваша Милость, я настаиваю на том, чтобы всё шло надлежащим образом! Я настаиваю!
– Всё идёт надлежащим образом, сэр Барстэн. – происходящее доставляло леди Камойнс искреннее удовольствие, – Надлежащее некуда. Если делать по-другому, получится громкий скандал. Правда, Саймон?
Генерал посмотрел на Феннера. Тот, съёжившись под хищным взглядом леди Камойнс, жалко кивнул. Она торжествующе засмеялась:
– Скандал громкий, генерал. А ваш патрон не любит скандалов. Фредди прошлого трезвона хватило с лихвой. Майор Шарп, у вас есть просьбы к лорду Феннеру?
– Просьбы?
– Видите ли, майор, мне кажется, что наш министр внезапно возлюбил вас, как брата, и не откажет вам ни в чём. Да, Саймон?
– Да. – выдавил Феннер.
– Мои просьбы подождут, а вы, майор, не стесняйтесь.
Максвелл был растерян. Феннер раздавлен. Лицо сэра Генри, полагавшего, что гроссбухи превратились в пепел, приобрело бурячный оттенок. Казалось, его вот-вот хватит удар. В зале властвовала леди Камойнс:
– Ну же, майор.
Шарп, нежданно-негаданно вознесённый из бездны к вершинам, собрался с мыслями. Он едет не в Австралию капитаном, а майором в Испанию вместе с пополнениями бывшего Южно-Эссекского, ныне Собственного принца Уэльского Добровольческого полка. Лорд Феннер согласился. Расходы Шарпа за последние недели возмещаются и вносятся на счёт конторы «Хопкинсон и сын» на Сент-Олбанс-стрит. Феннер скрипнул зубами:
– Сколько?
– Двести гиней. – быстро сказала графиня, – Золотом. Достаточно, майор?
– Более чем. – заверил Шарп. Он ещё и заработал на этом. Надо же.
– Продолжайте, майор.
Жалованье солдат должно быть возвращено. Второй батальон заново формируется в Челмсфорде с новыми офицерами. Знамёна его сэр Генри снимает со стены холла и привезёт в казармы. Симмерсон утвердительно закивал, не замечая, с какой брезгливостью и негодованием взирает на него сэр Барстэн, потрясённый поруганием батальонных святынь.
– И последнее: никаких изменений в списках офицерского состава, откомандированного в Испанию!
Феннер не понял:
– Вы…
– Да. – обезоруживающе улыбнулся Шарп, – Я хочу служить под началом подполковника Гирдвуда.
Сэр Генри крякнул, а присмиревший Феннер нашёл в себе силы тускло удивиться:
– Вы хотите служить под началом Гирдвуда?
– Именно так.
Леди Камойнс скучающе поинтересовалась:
– Вы закончили, майор?
– Да, мадам. – следующее его дело не касалось Феннера. Только Шарпа и девушки во дворе штаба.
Графиня протянула тонкую кисть, и Шарп вложил в неё гроссбух.
– Спасибо, майор. С Саймоном мы встретимся завтра. Да, Саймон?
Феннер закивал, мучительно переживая своё уничижение. Зеленоглазая открыла гроссбух и показала столбцы цифр Симмерсону:
– Нравится книжка, сэр Генри? Могу продать вам одну по дружбе.
На полных губах её блуждала загадочная улыбка. Леди Камойнс встала:
– Пожалуй, нам больше нечего здесь делать, майор.
– Пожалуй, что так, мадам.
– Майор Шарп! – отчаянно воззвал сэр Барстэн Максвелл, предпринимая последнюю попытку доискаться до истины, – Значит, вы говорили правду?
Леди Камойнс жестом остановила Шарпа на полслове и прищурилась:
– Правда, дорогой мой сэр Барстэн, это то, что мы с лордом Феннером решим назвать правдой. Очень дорогостоящей правдой. Да, Саймон? Спокойной ночи, джентльмены. Идёмте, майор.
Шарп прихватил со стола оружие и трубу, подставил спасительнице локоть, и они с достоинством удалились.
Майор рывком распахнул дверцу кареты Симмерсона:
– Сэр?
Чёрные буркалы Гирдвуда округлились, походя на маслины в молоке. Подполковник будто узрел мертвеца, вернувшегося с того света, точнее, из Австралии. Слабым безжизненным голосом Гирдвуд осведомился:
– Вы… мне?
– С вами, сэр, мы ещё наговоримся. – усмешка Шарпа неопровержимо свидетельствовала, что мертвец отлично помнит тех, по чьей милости он оказался в Австралии (или на том свете), и в этом списке фамилия Гирдвуда далеко не последняя, – Я пришёл за мисс Гиббонс. Джейн?
Стрелок протянул девушке руку. Гирдвуд неуверенно дёрнулся, но Шарп извлёк на десяток сантиметров из ножен палаш и недобро оскалился:
– Не стоит, сэр.
Гирдвуд затих. Шарп помог девушке выбраться на мостовую:
– Джейн, позволь представить тебе вдовствующую графиню Камойнс. – он поклонился графине, – Мадам, это Джейн Гиббонс, моя невеста.
Леди Камойнс оглядела Джейн с головы до ног:
– Вы действительно согласились выйти за него замуж, мисс Гиббонс?
– Да, Ваша Милость.
