Лучница достала из кармана кольцо с чёрным обсидианом и надела его на безымянный палец левой руки. Разницы она не почувствовала.
— Окружаем, — скомандовал Лэндри двум воинам-наёмникам, — остальные близко не подходите.
Серебряный рыцарь достал из ножен свой новый сверкающий меч. Длиннее обычного, остриё шире, и при этом тоньше. Такой клинок напоминал громадную бритву, и мог разрубить противника пополам без особых усилий.
Воины разошлись в стороны, втроём неторопливо подходя к противнику. Страж стоял неподвижно до тех пор, пока мечники не подошли почти вплотную.
Первый удар охранника был неожиданным для всех. Из воздуха, в одно мгновение, в его руке образовалось копьё изо льда. Он тут же достал им Лэндри, мастер успел выставить меч вперёд, широкое лезвие прикрыло рыцаря словно щит. Копьё тут же рассыпалось, но появилось два новых в каждой руке. Страж крутанул их над собой, заставив воинов отступить назад. Аргус был наготове.
— Лиана, стреляй, нам не подойти! — крикнул мастер.
Лучница достала из колчана три стрелы и, разместив каждую отдельно между пальцев, выпустила их по очереди с молниеносной скоростью. Снаряды вонзились в ледяную плоть стража.
— Погоди, — подбежала к Лии маг.
Она подставила ладони к стрелам и начала читать заклинание, зачаровывая снаряды. Металл на кончиках стрел раскалился добела, лучница натянула тетиву и на секунду затаила дыхание прицеливаясь. Горячая стрела вонзилась точно в центр головы стража, он отшатнулся, и замер. На заснеженный пол полилась вода. Охранник упал кусками подтаявшего льда. На его месте, совсем прозрачный, образовался мужской силуэт.
— Спасибо вам путники, — заговорил он с эхом, — я думал, что уже никогда не выберусь из этого мрака.
— Кто ты? — спросил Лэндри.
Но не успел дух ответить, как вперёд вышла Ёля, она, не моргая, смотрела на тусклую душу некогда любимого ей мужчины.
— Арон, — прошептала она, смотря в пустые прозрачные глаза.
— Богиня льда, я рад, что тебя не было здесь, в тот страшный день.
— Что случилось? Мы нашли это, — она показала ему дневник.
— Ах, это. Ты ведь знаешь, что в детстве я потерял брата. Его считали погибшим больше двадцати лет, но незадолго до трагедии он вернулся. Живой и здоровый! Я был так счастлив! И так слеп. Во время пиршества в честь его возвращения, он пробрался к священному огню, что защищал нас и всю Аврору от возможного уничтожения, и потушил его. Он дал демону свободу, я не мог допустить уничтожения всего мира! Мне пришлось заточить его с помощью запретной магии. Магии крови.
— Ты спас всех, — успокоил его Аргус.
— Но какой ценой? Тысячи моих подданных теперь в заточении. Они страдают, и я не могу им помочь.
— Мы можем, только скажите, что делать, — выступила Лиана.
— Убейте духа льда и снега. Это остатки злой магии демона, то, что я не смог уничтожить, а лишь запечатать здесь, в городе.
— Убить оружие созданное богами для уничтожения мира, — жрец задумался, — так ли это просто?
— Вы правы, это почти невозможно, но есть кое-что, что может помочь. В одной из залов замка бродит огненный феникс, он появился из углей священного огня, его сердце горячее лавы, оно поможет вам убить духа, останется лишь подойти к нему.
— Звучит не так опасно.
— Боюсь всё хуже чем кажется, — правитель пытался объяснить, — дух льда силён, он может заморозить целый город за несколько секунд. Я даже не представляю, как к нему подобраться.
Лиана задумалась, трюк Лонгрена со временем мог бы помочь, вот только пользоваться этим девушка не умела.
— Всё будет хорошо, мы это сделаем, — лучница обратилась ко всем.
Аргус был совершенно не против, он одобрительно кивнул и посмотрел на двух наёмников, что переглядывались между собой. Лэндри тоже это заметил.
— Что герои, — с сарказмом обратился он к воинам, — страшно?
— Не то что бы страшно, — пожал плечами один.
— Дело то, может того не стоить, — подхватил второй.
— Награда уже не нужна? — спросила Ёля.
— Мёртвым не нужны награды, им вообще ни черта не надо! — прикрикнул первый.
— Вас никто не держит, — Лиана не желала спорить, — мы здесь не за золотом, мы хотим помочь всем жителям, которые погибли, спасая, таких как вы!
Голос её был жёсткий, командный.
Наёмники снова переглянулись, в глазах их был стыд.
— Мы идём, — негромко произнесли они.
— И я вами, — правитель города зазвучал громче, — у меня ещё остались силы.
— У меня есть кое что, — подошёл к нему Аргус.
Жрец достал из поясной сумки зелье в белом флаконе, и вылил его содержимое под ноги призраку. Потом начал произносить заклинание и с каждым его словом жидкость с пола белым паром поднималась вверх, окутывая прозрачное тело Арона. Тело его становилось всё живее, обрело мягкие очертания, пока, наконец, его лицо, бледное, но живое, не вдохнуло воздух как прежде. Один глаз был белый словно снег, как и волосы молодого правителя. Второй закрыт чёрной повязкой, его он потерял ещё в детстве. Одет Арон был в белоснежную мантию расшитую золотом.
Правитель смотрел на свои руки и не верил.
— Я жив?
— Это временный эффект, к сожалению, полностью оживить умершего нельзя.
