Приключения Васи Куролесова полностью

С тех пор как я родился у меня спрашивают: «Чижик-пыжик, где ты был?» Отвечаю: «В детском саду был, в школе был, в Полиграфическом институте был, в „Крокодиле“ был, в „Мурзилке“ был, в „Вокруг света“ был, в „Весёлых картинках“ был, в „Детгизе“ был, в „Малыше“ был».

В «Мурзилке» я как раз познакомился с Юрием Ковалём. Свободный он человек. Так же свободна проза Коваля, его песни, его живопись, графика, скульптура. Он может многое, многое и делает. И всё талантливо, с этаким шиком, со вкусом.

Когда я читаю его прозу, испытываю вполне материальное удовольствие от точно найденного слова, от потрясающего чувства юмора, от его безграничной фантазии.

Так сложилось, что «Приключения Васи Куролесова» — это первая наша книжка с Ковалём. Книга-детектив, но детектив, в основе которого жизненная правда.

Вот что однажды рассказал Юра:

«„Вася Куролесов“ — это рассказы моего отца, а он был начальником уголовного розыска Московской области в войну и после войны. Он приходил домой, и я любил его слушать. К тому же отец считался семейным юмористом. Папа был связан с тяжелейшей работой, а истории для своих рассказов он, конечно, старался выбирать повеселей, что-то такое для ребёнка. Куролесов был одним из его сыщиков. Звали его Николай. Но у меня он сделался Васей, а слово „Куролесов“ мне казалось просто чудесным и подходящим для такого персонажа, который тихо созревал во мне. Такая история, происшедшая с отцом и Куролесовым, действительно была. Так что первоначальный толчок дал отец. В сущности отцу посвящаются эти смешные детские вещи».

Картинки, которые я нарисовал к этой повести, появились сначала в «Мурзилке», а потом уже в книгах. Одну из таких книг вы держите в руках. Я думаю, что вы сделали правильный выбор, потому что талантливой литературы не так уж и много.

Юрий Коваль, к сожалению, книги этой не увидел. Его нет с нами. Теперь надо писать «мог», «делал», «был». Но я не буду ничего в тексте менять, пусть остаётся в настоящем времени.

Что мне нравится в чёрных лебедях, так это их красный нос.

Впрочем, к нашему рассказу это не имеет никакого отношения. Хотя в тот вечер я сидел на лавочке у Чистых прудов и смотрел как раз на чёрных лебедей.

Солнце укатилось за почтамт.

В кинотеатре «Колизей» грянул весёлый марш и тут же сменился пулемётной очередью.

Из стеклянного кафе вышел молодой человек и, распугивая с асфальта сизарей, направился прямо к моей скамейке. Усевшись рядом, он достал из кармана часы-луковицу, больше похожие на репу, щёлкнул крышкой, и в тот же миг раздалась мелодия:

Скосив глаза, я глянул на часы и увидел надпись, искусно вырезанную на крышке:

Под надписью был нацарапан маленький поросёнок.

Между тем неизвестный захлопнул крышку часов и сказал себе под нос:

— Без двадцати девятнадцать.

— Сколько?

— Без двадцати девятнадцать. Или восемнадцать часов сорок минут. А что?

Передо мной сидел молодой парень, худой, широкоплечий. Нос у него был несколько великоват, глаза прищуренные, а щёки загорелые и крепкие, как грецкий орех.

— Где же вы достали такие часики? — завистливо спросил я.

— Да так, купил по случаю. В одном магазинчике.

Это была, конечно, ерунда. Часы с надписью «За храбрость» не продаются. Неизвестный просто не хотел рассказывать, за что его наградили часами. Он стеснялся.

— Что мне нравится в чёрных лебедях, — сказал я дружелюбно, — так это их красный нос.

Владелец часов засмеялся.

— А мне, — сказал он, — чёрные лебеди вообще не нравятся. Лебедь должен быть белым.

Слово за слово — мы разговорились.

— Интересно, — толковал я, — почему это у вас на часах поросёнок нарисован?

— Да это так просто — шутка. Ничего интересного.

— Ну а всё-таки?

— Дело давнее. Я ведь тогда жил ещё у мамы. В деревне Сычи.

— Ну и что там произошло?

— Да ничего особенного…

Вместе со своей мамой Евлампьевной жил Вася в деревне Сычи.

Мама Евлампьевна держала кур с петухом и уток, а Вася учился на механизатора.

Как-то весной, в начале мая, мама Евлампьевна и говорит Васе:

— Васьк, кур у нас много. И утки есть. А вот поросят нету. Не купить ли?

— Мам, — говорит Вася, — на что нам поросята? Вырастут — свиньями станут. В грязи будут валяться. Противно-то как.

— Васьк, — говорит Евлампьевна, — да пусть валяются, тебе-то чего? Давай купим!

— Мам, — говорит Вася, — да ну их! Хрюкать начнут — отбою от них не будет.

— Васьк, — говорит Евлампьевна, — да много ли тебе надо отбою! Похрюкают и перестанут. А мы их будем помойкой кормить.

Они поговорили ещё и решили всё-таки купить двух поросят.

И в выходной день Вася взял мешок из-под картошки, вытряхнул из него пыль и поехал на рынок в районный центр. В город Карманов.

А народу на рынке было полно.