- Но я даю тебе шанс исправиться. Один из немногих и единственно верный шанс. Используй его, Парвик, ибо другого у тебя не будет. Покажи ему свои зубы, только смотри, не очень, он мне еще нужен живым. Проклятый глупец не хочет говорить, где мой сын.
Даниэль отвернулся и отошел от места схватки.
- Ну что там? - спросил он через пять минут, когда хрипение горбуна прекратилось, и в темном лесу снова воцарилось привычное безмолвие.
Ответом ему был беспокойный топот чьих-то ног. Он обернулся и увидел, что кучер лежит на земле у ног Алфера. По смертной тени на его лице Даниэль понял, что горбун мертв.
- Мне кажется, что твой слуга не голоден.
Лицо вампира почернело.
- Это нападение было лишь проверкой, в которой я полагался на интуицию и везение. В остальном же я все тщательно продумал. - В руках оружейника блестел серебряный клинок. - Каждый миг нашей встречи я проиграл в своей голове тысячу раз, прежде чем явиться сюда. Я же не полный идиот - отправляться на встречу с вампиром в одиночку! Братья! - из-за деревьев показались две высокие фигуры, облаченные в длинные черные одежды. - Это те, кто доставят тебя в тюрьму Аристада. Там тебя предадут справедливому суду и обязательно казнят. Но не повесят, не надейся.
Один из стражей зажег факел. Яркий свет озарил пространство перед ними. Но Даниэль не увидел их лиц - они были скрыты капюшонами.
- Папа, папа! - воскликнул ребенок, которого держал за руку второй страж.
Мальчик стал вырываться и кричать, когда увидел отца.
- Вердан… - зашипел вампир, задыхаясь от бессилия.
- Шли дни, люди в окрестностях Ариголы продолжали исчезать. Народ жил в постоянном страхе, стороной обходя темные заросли, что раскинулись на северном берегу реки Рель в низине у горного хребта. Даже скобры из тайной службы короля, и те старались без особой надобности не появляться в этих краях. Но кто из них предполагал, что есть на свете человек, который больше всех мечтает отыскать убийцу? Мне не составило труда в муже прекрасной Блес Като распознать вампира. И видишь, что из этого получилось? Я пробовал убивать таких, как ты. Но твоя болезнь как чума, ее невозможно остановить. Поселившись в одном, она тут же поражает и другого. Ты оставил после себя обильную поросль. Симона Кали, помнишь ее?
Даниэль молчал.
- Фрейлина королевы, ставшая вампиром по твоей милости.
Даниэль подумал о Парвике и его жертвах. Та фрейлина, которую он не закопал после укуса горбуна. Она явила себя людям… Глупец, теперь пришла пора расплачиваться за милосердие и жалость!
