… Сворачивая с дорожки, ведущей с огорода на едва заметную тропинку, Руслан оглянулся на хату… Зося не стояла в дверях, как обычно, дверь была прикрыта. Но зато окно широко распахнуто, и на подоконнике стояла горящая керосиновая лампа. Чего это она вдруг зажгла лампу? Плачем проводила, тоской обожгла… А впрочем, пойми этих женщин! Они, и поплакав, без всякого перехода могут пуститься в пляску.
Руслан шел поеживаясь. Было свежо. Намокли от вечерней росы брюки. Покидая Зосю, он всегда думал о ней. Только глаза привычно ощупывали кусты, да рука держала наготове автомат.
Гагаев пробирался вдоль плетня к лесу, улыбался сам себе, представляя, как Волков и Нырко встретят его. Они отпустили его в деревню, так как он сказал, что через знакомых разведает обстановку. И, спускаясь в ложбину, за которой начинался лес, Руслан еще раз оглянулся. Отсюда хата Зоей казалась еще неказистее, чем была на самом деле. Лишь свет лампы, видневшийся отсюда, говорил о том, что хата жилая, что в ней есть хозяин. Выстроившиеся следом за Зосиным жилищем дома чернели тусклыми окнами и казались покинутыми. Чудачка Зося, чем это она занялась в такую рань?
По ту сторону ложбины наверх вело засохшее русло речки. Оно было выложено камнями. Руслан внезапно споткнулся о корень дерева, чуть не выронил бидон с жидкостью. И в тот же миг над ухом прожужжала пуля. Тотчас вторая. Руслан, отбросив в сторону ношу, стремительно бросился вниз, на дно ложбинки. Больно стукнувшись, он замер, застыл возле пня… И тотчас же услышал предостерегающий голос:
— Погод ь!
Возглас относился не к нему — это Руслан уловил и, броском достигнув огромного валуна, спрятался за ним. Наверху зашуршали кусты, и он увидел осторожно высунувшуюся голову человека. Он всматривался вниз, выискивая Руслана.
Вскоре показалась голова второго.
— Где ж он? — спросил первый и осторожно стал спускаться, поводя стволом немецкого автомата из стороны в сторону.
Лица его Руслан теперь не видел. Скользя по склону горы, незнакомец стал спускаться в ложбинку. Руслан ждал, когда покажется и второй. Надо бить наверняка, уложить обоих… Они были так близко, что, покажись из своего логовища второй, Гагаев одной очередью уложит их. Но второй не выбирался наружу. Из куста, за которым он прятался, торчала винтовка. И вдруг второй выстрелил. Выстрелил, когда Руслан решил сменить позицию. Конечно, промазать с такого расстояния было не возможно. И то, что Руслан лежал в ложбине невредимым, было случайностью. Иногда спасает и то, что человек споткнулся. Второй выстрелил в тот самый момент, когда Гагаев споткнулся, делая перебежку. Это и помогло ему избежать пули. Но они решили, что он убит. Иначе бы вновь открыли огонь… Надо, быть предельно внимательным. Где же Волков и Нырко? Они должны быть метрах в пятидесяти отсюда. Почему они молчат? Они не из тех, кто скроется, услышав выстрелы. Они знали, что Руслан должен сейчас направляться к ним. И им ясно, что стреляют в него. Надо выждать… Первый спустился еще на несколько метров, он был уже совсем близко. Руслан услышал его дыхание и даже почувствовал, как тот повел носом, учуяв запах из баллона, брошенного Русланом. Потом он нагнулся. Больше нельзя было медлить. Через мгновенье он увидит Руслана…
Кто бы это мог быть? Они явно ждали его. Сразу, без предупреждения открыли огонь. Видимо, знали, в кого стреляли. И теперь каждый миг решал, кому же из них остаться в живых…
