– Отнюдь, – весело отозвался Ли. – Выяснилось, что обучиться бизнесу можно лишь одним способом – всерьез занимаясь бизнесом. К счастью, за моим образованием следил Александр, а он предоставил мне шанс попробовать себя на разных поприщах. Теперь он доверил мне управление компанией «Апокалипсис» – вместе с мужем Софии Дьюи, на редкость дальновидным дельцом, которому компания предложила место управляющего.
– Скорее счетовода или бухгалтера, – возразила Элизабет, радуясь, что может внести в разговор свою лепту. – Он работает у себя в Данли, а не в Кинроссе. Бедняжка Констанс так и не оправилась после смерти Чарлза, и дочь постоянно находится при ней.
– Да, ему разрешено забирать конторские книги домой, но если сиднейская телефонная компания все-таки протянет поблизости линию, управлять «Апокалипсисом» можно будет прямо из Данли, – объяснил Ли.
– В Кинроссе есть телефоны, но ни в Батерсте, ни в Литгоу их нет, так что мы пользуемся достижениями техники строго в пределах города.
– Да, Александр идет в ногу со временем!
Когда Ли наконец поднялся, Элизабет искренне опечалилась.
– А на ужин к нам ты придешь?
– Нет.
– Даже если в роли моей компаньонки выступит Нелл?
– И все-таки нет, спасибо. Мама поручила мне приглядывать за отелем.
Элизабет смотрела ему вслед, и у нее щемило сердце – словно у нее отняли самое дорогое, не предупредив. Ли вернулся, но ясно дал понять, что тратить на нее время не намерен. А она как раз собралась с духом и решила «оттаять». Как раз почувствовала себя настолько уверенно, что готова была принимать его как друга, а не опасного чужака, осквернившего ее Заводь. Какая досада!
Он, конечно, исполнил обещание: прислал Элизабет пожилую китаянку по имени Стрекоза, молчаливую и загадочную, как все ее соотечественники. Стрекоза неотступно следовала за Анной повсюду, оставаясь такой незаметной, что девочка уже через пару дней забыла о ее присутствии.
– Стрекоза – безупречный сторож, – сказала Элизабет Ли по телефону, поскольку в гостях у нее он упорно не появлялся. – Не знаю, как благодарить тебя, Ли. Стрекоза дала нам с Яшмой наконец-то вздохнуть свободно, а мы время от времени подменяем ее с новыми силами. Не хочешь заглянуть к нам на утренний чай?
– В другой раз, – откликнулся он и положил трубку.
– «В другой раз», то есть «никогда», – со вздохом сказала самой себе Элизабет.
То же самое слово «никогда» постоянно звучало в ушах Ли. Когда он обогнул живую изгородь и увидел, как Элизабет безуспешно пытается справиться с девочкой, как две капли воды похожей на нее, надежды Ли на то, что прежние чувства к Элизабет давно в прошлом, мгновенно улетучились. На него волной нахлынули любовь и жалость, желание и отчаяние. Не доверяя себе, он отклонил приглашение Элизабет на чай и вдруг понял, что рано или поздно ее одиночество вынудит его махнуть рукой на здравый смысл и сказать «да». Оно сквозило в ее глазах, было написано на лице, ощущалось в каждой позе – невыносимое, бесконечное одиночество! Но одного чаепития наедине с Элизабет хватит, чтобы сделать признание, которое она решительно отвергнет, не скрывая страха и отвращения. Значит, нельзя видеться с ней в отсутствие других домочадцев, то есть до возвращения Александра.
Ли не хотел домой, но признавал, что Александр вправе распоряжаться им: после всего, что тот сделал для него, пора было отплатить той же монетой и стать новым винтиком в сложном механизме компании «Апокалипсис». Сорокашестилетнему Александру настоятельно необходим преемник – чтобы самому путешествовать и выполнять менее обременительные обязанности для компании.
Встретившись с матерью и Александром в Сиднее, Ли увидел, как безоблачно они счастливы вдвоем, как предвкушают увлекательное путешествие, и у него сжалось сердце. Он уже знал всю историю Александра: брак, скрывающий его истинное происхождение, тайна, которую мать хранила всю жизнь, яростное стремление к богатству и власти, а также к удовольствиям, которые дарует и то и другое. Но выяснять подробности отношений Александра с Элизабет не пришлось: со слов матери Ли знал, что Элизабет нельзя больше иметь детей, поэтому она живет в доме Александра как жена, в сущности, не являясь ею. Однако тайна по-прежнему оставалась тайной; Ли знал, что в городе, где так много китайцев, супругам нетрудно найти способ поддерживать близкие отношения, не опасаясь беременности. Китайцы обзаводились огромными семьями, но знали, как избежать приумножения потомства, если в этом была необходимость, – особенно образованные китайцы, такие как Хун Чжи из аптеки. В природе насчитывается множество если не противозачаточных, то абортивных средств.
