– Кажется, мы остановились на том месте, – громко проговорил он, обращаясь к собранию, – когда «Нэшнл-Моторс» изъявила желание перейти к практическому обсуждению. В настоящем отчете упоминается об имущественном ущербе и ожидаемых текущих физических последствиях аварии, произошедшей по халатности компании.
– В том-то все дело, – заметил чей-то незнакомый голос. (Это сказал явно не тесть, а разглядеть издали размытые лица собравшихся Барни не мог.) – Сейчас невозможно оценить будущие последствия, равно как и ущерб. К тому же нет явных доказательств…
– О, доказательства имеются, – вмешался Маршак, – и я уверен, когда суду будут предоставлены отчеты Службы радиационного контроля, мы сможем доказать, как далеко распространилась радиоактивная пыль, оказавшаяся и в доме мистера Старка.
Барни было трудно сосредоточиться на том, о чем они говорили. Струившийся в окна свет резал глаза – пришлось прикрыть их руками. Всем присутствующим, наверное, показалось, что он глубоко задумался. Эд Маршак был замечательным молодым адвокатом. Практичным, умным, энергичным. Он походил на бойца, и Барни им восхищался. Барни вскинул голову, когда какой-то представитель компании огласил самое последнее предложение по урегулированию спора. Сумма отступных увеличивалась вдвое: ему с Карен отписывалось по сто тысяч долларов каждому и столько же причиталось их будущему ребенку, если тот выживет. А если умрет, сумма урезалась в два раза. Барни рассмеялся, и все взоры обратились на него, но он снова прикрыл глаза руками.
Кроме того, они соглашались купить им дом по справедливой рыночной стоимости, но Маршак заметил, что 300 тысяч долларов плюс 90 тысяч за дом едва ли помогут урегулировать спор, принимая в расчет тот факт, что сумма иска о возмещении понесенного ущерба составляет один миллион долларов.
– Это нельзя рассматривать только в исчислении на сегодняшний день, джентльмены. В конце концов, с учетом затрат на лечение и пребывание в больнице, а также того факта, что мои клиенты отныне несут нестрахуемые риски, ваше предложение вряд ли покроет расходы по госпитализации и оплате услуг специалистов в случае, если у них обоих обнаружится лейкоз или рак костей. Вы просите моих клиентов подписать отказ от всех будущих претензий, в то время как их будущее представляется не в самом радостном свете. У мистера Старка с каждым днем все очевиднее проявляются признаки физического и… ну да, физического истощения. В настоящее время его зрение подвергается изменениям, и врачи, как вам известно, прогнозируют, что через несколько месяцев у него возможно развитие катаракт и слепоты. А как насчет сокращения продолжительности жизни?
Кто-то из адвокатов противоположной стороны (нет, не Джейсон Брэдли, потому как Брэдли сидел за другим концом стола) заметил, что присяжные, как показывает практика, чаще всего не склонны ратовать за возмещение убытков, связанных с вероятными будущими последствиями, если не представляется возможным доказать, что последние являются прямым результатом несчастного случая.
Маршак выудил из портфеля пачку бумаг.
– Вот это недавно опубликовала Комиссия по атомной энергии Соединенных Штатов. Документ не секретный, и я намерен представить его как доказательство в суде. Это двухгодичный отчетный доклад «О радиоактивном выпадении и промышленном загрязнении», подготовленный для представления на слушаниях Конгресса по данной теме перед Объединенным комитетом по атомной энергии. Под подзаголовком «Научно-изыскательская деятельность: исследования на людях» приводятся выводы, основанные на изучении данных касательно жертв облучения и сравнительного числа людей, не подвергавшихся радиоактивному облучению, с целью выявления последствий, влияющих на сокращение средней вероятной продолжительности жизни при воздействии прямого радиоактивного облучения. В данном случае речь, разумеется, идет о ядерных взрывах, однако мы можем привлечь специалистов, которые докажут, что эти результаты вполне сравнимы со случаями и другими формами радиационного воздействия.
В означенном докладе сказано, что лейкоз наблюдался у выживших в среднем чаще, чем в двух-трех случаях в сравнении с не подвергшимися облучению японцами, несмотря на то что число пострадавших, как показывает статистика, значительно увеличивается только при получении дозы радиации от пятидесяти рентген и выше.
