Из радиопереговоров Центра управления с экипажем орбитального научного комплекса «Салют-6» — «Союз-35» — «Союз-36».
...Второе июня, понедельник. Мы поднимаемся, как обычно, в 8 часов по московскому времени. И почему это на Земле понедельник называют тяжелым днем? Наверное, потому, что ему предшествует отдых — воскресенье. А у нас выходной был разве что по календарю — нормальный рабочий день, такой же, как и другие. Поэтому и понедельник не кажется нам тяжелым. Как всегда, с утра осмотр станции, завтрак, сеанс связи. Надо бы поговорить насчет фотографирования:
— Земля, Земля! Я — «Орион». Разрешите нам сфотографировать расстыковку со станцией перед спуском.
Следует уклончивый ответ: пленки мало, надо экономить.
— Пленка у нас есть! — информируем Центр.
Действительно, на станции много всевозможной пленки; пожалуй, ее количество даже трудно учесть... С каждой экспедицией, да и на транспортных кораблях продолжают присылать все новые партии кино- и фотоматериалов. Только что «Днепры» передали в ЦУП, что необходимы какие-то светофильтры для продолжения программы наружных съемок, их пообещали прислать сразу же со следующим транспортным кораблем.
— «Орионы»! «Днепры»! Добрый день, как поживаете? — выходит на связь Алексей Елисеев.
— Отлично.
— «Орион-1»! По главному твоему вопросу: просим не проводить фотографирование. Объясню почему; мы провели коррекцию орбиты, выбрали район для посадки. Очень хороший район выбрали, мягкое место...
На станции дружный смех: мы-то знаем — изменение орбиты из-за фотографирования будет настолько малым, что этим можно и пренебречь. В Центре, видимо, не слышат нашу реакцию, потому что Елисеев как ни в чем не бывало продолжает:
— Вы понимаете, посадка — дело тонкое, чувствительное к разным деформациям орбиты. И давайте...
— Поняли,— перебиваю я,— если вы не хотите...
— Мы не хотим никакой неопределенности. Сегодня все уже рассчитано, границы района посадки определены, группы поиска оповещены, в этом месте вас ждут.
— Надо так понимать, что следующему кораблю вы дадите это сделать,— все еще пытаюсь иронизировать. Елисеев осторожничает:
— Валерий Николаевич, давай сегодняшним днем жить! У нас ведь есть уже такие фотографии...
Эх, не дают мне еще разок снять станцию! Что ж, раз Центр управления на это не соглашается, придется отказаться от съемки. С сожалением соглашаюсь:
— Да знаю я, что есть!.. Хотелось бы самому...
Конечно, самодеятельность при выполнении операций, могущих привести к изменению орбиты, недопустима. Только Центр управления, который держит в руках нити управления многочисленными средствами, колоссальными коллективами людей, может принять решение по вопросам такого рода.
Во время полетов на Центре лежит огромная ответственность: ЦУП дежурит день и ночь, когда орбитальный комплекс проходит через зону радиовидимости и когда связи с космическими объектами нет. В Центре не бывает нерабочего времени: круглые сутки группы Центра находятся на боевом посту, готовые в любую минуту помочь космическому кораблю и его экипажу, поддержать его советом, а иногда и просто добрым словом...
