И тут слышу какой-то грозный отчаянный крик. Оборачиваюсь. Внутри взрывается ярость. Вижу толстого "мужа" Ластины. Он бежит к нам, раскрывая рот и изрыгая странные квакающие звуки. Рука сжимается в кулак, я прекращаю себя чувствовать, во мне только ненависть и гнев, они клубятся, завывают ветром! Рука сама резко поднимается вверх, и вместе с потоком моей силы, этот отвратительный человек, взмывает в воздух. Он летит к входу в пещеру, а там... Вижу Барона, и того мужчину, к которому ходила вместе с Марашем, когда нужно было уничтожить ПМ. Зачем они здесь? Им тут не место! Вон! Трудно дышать. Задыхаюсь! Ноги не слушая меня стали двигаться куда-то вбок.
- Хватит! Сейчас не до них! Отпусти, - приказ Тиры, и обращение к кому-то, - закрой вход. Не хватало еще, чтобы вернулись!
Раздался слабый писк ребенка. Я поворачиваюсь к горну. Невидимый круг, на котором стояли колыбели медленно опускается вниз. Мои пальцы снова сжимает рука Вечной.
- Смотри сквозь пламя. У каждого ребенка в ауре основными являются два цвета. Отца - красный, матери синий. Помоги, потушить красный цвет. Без резких выпадов. Тише. Стирай, совсем стирай.
Старательно затушёвываю красный цвет, оставляя только синий. И тут из пальцев Таиры бьет узкий белый свет, в точку над их животиками.
- Зачем? - удивляюсь
- Я стерилизовала их.
- Зачем?
-Ты хочешь, чтобы в их потомках проснулась отцовская грязь?
- Нет. Но как же они будут без детей?
- Что-то отнимается, что-то дается. Они будут знающими, у которых много детей - учеников. Минутку! Успели! Как только жизненный круг коснется земли, вынимаем. Подожди, не так скоро. Я же сказала до земли...
Я смотрю на малышей, плавно плывущих в своих колыбельках к земле. Они проснулись, и расплакались.
- Почему они плачут? - спрашиваю, - Им больно? Мы не поранили их?
- Нет, им холодно. У новорожденных пока еще нет своей собственной ауры, ее заменяет родительская. А мы ее потревожили. Дети чувствительны.
Малыши плачут. Они кричат! Каждый звук отдается в голове болью. Хочется закрыть уши руками.
Встаю на колени, вытаскиваю одну колыбель, потом вторую. У меня их принимают женщины-знающие. Они относят их чуть в сторону, ставят на землю в отдалении друг от друга.
Невдалеке встали в ряд шесть пар. Мужчины и женщины. Это семейные пары, понимаю я. Женщины выходят вперед и направляются к малышам. Те уже не просто плачут, они орут, захлёбываясь в слезах. Каждая подходит к ребенку, и, не прикасаясь, наклоняется над ним. Когда одна из них приблизилась к мальчику, он вдруг замолчал. Все остальные отошли в сторону. А она несколько раз отходила и приближалась к нему снова. И каждый раз, он с ее приближением переставал плакать, а как только отходила, его голос поднимался до визга. Лицо женщины озарилось радостью. Ее руки бережно поднимают мальчика. Она опускается на колени, прижимает ребенка к животу, спина склоняется и голова опускается. В такой странной скрюченной позе, она неподвижно находится несколько минут, а потом медленно выпрямляется и встает на ноги. Поднимает сына над головой и мы все видим, как аура женщины окружает и малыша. Он и она - одно целое. К ним подходит мужчина и обнимает обоих, накрывая отцовской силой.
А тем временем девочка не перестает плакать навзрыд. Женщины одна за другой проходят мимо нее. Безрезультатно! Она уже хрипит. Таира начинает беспокоиться. Сама подходит к малышке, плач отталкивает ее. А что если все-таки она ждет меня? Ведь нашла же я общий язык с маленьким накхом? Приближаюсь к колыбельке, и мне навстречу испуганный визг. Отшатываюсь. Интонация плача опускается. На меня нахлынула злость! Я же спасла ее! Я столько сделала для этого визжащего ребенка! Как она могла! Неблагодарная!
- Дайри, не переживай так, - ко мне подходит Архинал, - не мы выбираем детей, а они нас...
Странная тишина. Я удивленно смотрю на Архинала, он разворачивается, делает шаг к колыбельке, склоняется. Потом удаляется от нее. И снова плачь. Еще движение в сторону девочки, и... только тихие жалобные всхлипы. Верховный знающий обводит всех взглядом. Мужчины и женщины отходят, оставляя его одного с ребенком. Он берет девочку на руки, и встает на колени...
Теперь она его дочь. Она не плачет. Ей не холодно. Ей хорошо. Зато мне холодно! Мне плохо! Хочу плакать, и визжать как эти младенцы.
- Странно, как все повторяется в жизни, - слышу шёпот, - когда-то его предки сделали все возможное, чтобы погубить Майдари, только за то, что она пришла из другого мира Аларии. А сейчас их потомок усыновил девочку с Планеты Хаоса. Но он будет хорошим отцом!
Руки Таиры резко разворачивают меня, вижу ее темные глаза:
- Теперь, Дайри, слушай меня внимательно и запоминай. Ты - спасла Ластину, малышку, горожан Петрума, в них частица тебя. Ты нужна своей бабушке, Фану, мне, Элиину и Даэну - всем нам. И кто бы тебя не звал, как бы ты не хотела уйти, ты не сможешь! Не должна! Ты в ответе за нас. Поняла?
Вырываюсь из ее рук. Не понимаю, что она хочет. Зачем все это говорит? Мне холодно.
