Эти двое встречались в лесу, в Лесном мире и сыграли свадьбу, мне рассказал Фан которого я приманил лестью и сладостями. Они собирались перебраться в клан Детей неба, еще одно нелепое изобретение вашей планеты. Объясни мне, в чем смысл, если люди из разных миров, желающие соединить свои судьбы, должны уходить и жить на нейтральной территории? Видишь ли, у каждого народа свои традиции, но никто не должен ломать свое мировоззрение в угоду кому-то. Глупо. Приходишь в чужой мир, будь добр прими его. Не хочешь, убирайся прочь. Я не в счет! Я накх! А ваша свобода личности, доведенная до государственного закона, вообще - маразм, по-моему! Основа ваших бед! Но я молчал, ждал и наблюдал.
Это было моей идеей позволить молодым жить в Лунном мире, пока мужчина не закончит все свои начинания, а он, между прочим, был подающим надежды знающим. И однажды, когда твоего отца не было дома, я заглянул к вам в дом. Твоя мать встретила меня приветливо, но холодно. На все мои ласковые речи, отвечала вежливой усмешкой. Я предложил ей дружбу. Она отказалась. Мне это не понравилось. И я решил наказать ее. Я не люблю получать отказ, особенно от женщин.
Молодой муж, зная, что у него скоро появится потомство, спешил закончить свои дела, и Совет, по моей просьбе, предложил одним разом решить проблему, отправиться в экспедицию на Третью планету. Они только начинались под моим руководством. Сами бы вы до того не додумались. Это я открыл первозданный портал, и, смоделировал его, нашёл способ контролировать переходы. И твой отец согласился. Но я послал его туда, откуда он так и не вернулся. В тот же день, когда стало известно о его гибели, твоя мать исчезла. Ее искали, не нашли. Но от Фана я знал. Она в лесу. И от Фана я узнал, что родилась ты. Я следил за ней.
Смий замолчал и долго устраивался на подушках, подсовывая то одну, то другую себе под спину, и поглядывая на меня. Я же делала вид, что внимательно разглядываю еду, находившуюся на столе, и долго раздумываю, чтобы взять.
- По смешному и глупому поверью жителей Солнечно мира, если положить ребенка на лист Лотоса, само Провидение не даст погибнуть новорожденному. И она, чувствуя свою смерть, оставила тебя на Голубом озере, на огромном листе Белого лотоса. Я был там. Я видел, что она умирает и предложил помощь, мог ее спасти, взамен на дружбу. Но она отказалась. Глупая женщина. Я дал ей возможность умереть, а сам взял на себя роль Провидения, и показал Фану маленькую плачущую девочку с фиалковыми глазами. И скучающий властитель лесного народа, кому осточертели тысячелетние игры, нашёл новую игрушку - тебя, человеческий детеныш.
Он привязался к тебе. Не скрою, мне нравилось наблюдать, как он носиться с тобой, как развлекает и ухаживает. Но я слишком хорошо его знал. Быстро загорающийся, он так же быстро остывал. И ты ему надоела. До сих пор не могу понять, как в повелителе Лесного мира уживаются одновременно и мудрец, и наивный ребенок. Пока ему было весело, он забавлялся, делясь знаниями и премудростями, а когда надоедало возиться с тобой, запирал в старом гроте, заваливая вход камнем. И никакие твои слезы, уговоры и крики не действовали на это властителя Лесного мира, с душой дитя.
Он мудрый, тысячелетний житель леса, ведающий всеми тайнами своего мира, так и не понял, что в его руках не просто маленькая неразумная самочка фавна, но человек, в котором переплелись два мира. И этот симбиоз рано или поздно должен был себя показать
И я ждал, когда в тебе проснется упрямство. Ты же не была существом Лесного мира, которое живет только инстинктами и чувствами. Если им плачется, они плачут, если радуется - радуются. Они свободны от злопамятства и обид. Их мир, это большой дом, где все гармонично, и самодостаточно. Главное - соблюдать иерархию, подчиняться законам леса, которые у них в крови, и тогда жизнь - вечная игра. Если маленького фавна оставляют в гроте одного, он не плачет и не страдает, его инстинкт подсказывает, сиди и молчи, жди мать. Но человек, не может быть один! И я знал это. Взрослея, ты все больше и больше начинала походить на человека, чем на лесного жителя. Ты не могла и не хотела мириться с тем, что тебя бросали, когда хотели, и подбирали, когда скучали. Ты повела себя чисто по-человечески. Ты стала копировать поведения Фана. Сама выбирала себе сверстников для игр, и показывала явное неудовольствие, когда повелитель Лесного мира вмешивался в ход игры. Фана сначала это забавляло, потом стало злить. Последней каплей для него стал твой побег из грота, куда он посадил тебя за ослушание. И кроме того отказ, выдать тех, кто помогал тебе отваливать валун от входа.
И вот тут я дождался своего часа. Я предложил Фану напугать свою непослушную дочь: заявить, что он отказывается от непослушного ребенка, что он больше не хочет быть ей отцом, и что в наказание за все шалости отдаст ее Тагару.
