Докажите, что это мы, и только мы создавали эти аппараты, а я покажу на вас, скажу, что мы были для вас подопытными кроликами. Вы влияли на наше сознание!
- Тебе не поверят, - сузил свои змеиные глаза накх, - нам поверят, а вам нет!
- Это дискриминация! На каком основании! А потом, с чего вы взяли, что ПМ - моя идея?
- Ты сам только что показал нам это.
- Хорошо, пусть даже это так, разве я создавал этот аппарат? Создавали ученые. Это на них лежит вина за смерть аларианцев. Идея - нематериальна. Мало ли что мне придет в голову. Да и на вашу планету я попал случайно и совсем недавно! Когда происходили неприятности в Лунном мире, меня не было! А за свои грехи на Планете Хаоса, как вы называете мой дом, я буду отвечать не перед вами, а перед моими согражданами.
- Вспомни, что ты делал со Смием? - вмешался пылающий гневом змееножец.
- Что делал? Спасал! Я хотел отослать его обратно на Аларию. А он все рвался с Острова. А вокруг были плотоядные пиявки. Два раза он бросался в воду. Два раза мы вылавливали его, чуть не съеденного заживо. Вот и пришлось поместить его в слабое электрическое поле. Я вообще не понимаю, зачем надо было его красть, как только заработал бы портал - он был бы дома....
- Оставьте его! - произнес вдруг Смий каким-то усталым голосом. - Барон, не юли, для нас твои увертки неприемлемы. Несмотря на то, что ты можешь понимать нашу речь, мы говорим на разных языках. Язык - это не только образы, с помощью которых можно общаться, передавая информацию, это глубинная суть данной цивилизации. И ты не можешь понять нас, а мы тебя, как не могут понять друг друга масляное пятно на поверхности океана, и глубины водной стихии. Ваша суть - страшна. Одно прикосновение к вам, заражает и другие миры. Дело не в том, что ученые, причем, не твои, а Камотов, создали то, о чём ты мечтал, дело в том, что это идея зародилась и выкристаллизовалась на планете Хаоса. А, это значит, уничтожен будешь не ты, а вся ваша цивилизация.
- Вы не имеете права! Насколько, я помню, в уставе Кольца миров, сказано, что ни одна инопланетная цивилизация под страхом смерти не может уничтожить другую. За этим следят древнейшие, то есть вы сами - накхи.
- Верно. Но еще там сказано, что если какая цивилизация будет угрожать другим, мы не будем мешать ее самоуничтожению. И мы выполним свое предназначение.
- Ладно, чёрт с вами! Вам нужна моя жизнь берите. Но не трогайте мою планету!
- Поздно, Барон! Ты и Камоты, своими действиями подписали себе и другим смертный приговор.
- Подумайте о невинных детях, о женщинах! Вы можете наказывать нас, но не их. Они не виноваты! Вы же не позволите погибнуть беззащитным, ничего плохо не совершавшим младенцам?
- Барон, если варево отравлено, то любой компонент в нем, несет в себе яд. Ты прав в одном, здесь не только твоя вина, ты сам продукт того, что сотворили до тебя, но ты - та самая последняя капля, которая переполнила чашу...
- Но дети, дети невиновны в грехах своих родителей! Вы не можете...
И вдруг Избранный обратился ко всем:
- Прошу оставить ему жизнь. Смерть уже стоит за его спиной. Не пройдет и двух лун, как его убьёт тот, кому он поверит. Но он должен завершить, предназначенное! Я чувствую это...
Меня вернули в первую комнату. Те, которым объявили о смертной казни за стеклом, смотрели на меня с ненавистью. Кто-то кричал, и бил кулаками о стекло, обращаясь ко мне, слышно не было. Но я отлично понимал их. Это я послал ребят сюда. Я обещал им золотые горы, они поверили мне, пошли, но нашли гибель. Никогда не испытанное мной чувство вины, вдруг зашевелилось, но я его уничтожил. Каждый за себя. Они могли отказаться. Это был и их выбор, я никого не принуждал. Отвернулся.
Хотя мне было не по себе. Слова о том, что понесу наказание, что должен умереть, только не сейчас, но скоро, прочно угнездились в мозгу. В ушах звенело от нахлынувшей тишины, мои прощёные сокамерники так же хранили молчание, сидя на подушках спиной к тем, кто был в другой комнате.
И вот увели последнего из нас на суд. Он не вернулся. Когда я посмотрел на стекло, которое разделяло две комнаты, оно было опять непрозрачным. В дверях показался молодой змееножец, и позвал с собой. Мы спустились на первый уровень, прошли по мягкой зелено-голубоватой траве, и очутились в круглом доме. Оставив нас одних, накх исчез. Вместе со мной всего семь человек. Радостные ребята тут же разбрелись по комнатам, их интересовал только один вопрос, когда они окажутся дома. А я смотрел на них с неприятием. Может быть, кто-то из них и прирежет меня. А что? Вполне возможно. Хотя я никому из них не доверял...
