- Возьмите и идите за мной, все идите за мной, - произнес змееножец и направился к выходу, те, двое, что стояли за ним, так же повернулись к нам спиной и пошли вперед. Да именно пошли, их движения нельзя было назвать ползаньем. Их хвост извивался ни как у змей, а совсем иначе. Объяснить не могу. Слов нет. Это надо видеть. Они двигались по полу бесшумно, прямо и гордо держа спину. Были спокойными и уверенными в себе. На полу лежало оружие, каждый из нас мог нагнуться, поднять нож и бросить им в спину. Но никто, и что меня удивляет, даже я, не сделал это. Мы как школьники за учителем, пошли за ними. Остановились только около Дацана. Навстречу нам вышел Архинал. Накх что-то сказал ему, он кивнул, скрылся за дверями, но вскоре вернулся, держа в руках, что-то круглое. Потом стал отодвигать одну пластинку за другой, пока перед нами не предстал складной круглый столик. Еле сдерживая слёзы, мужики разложили драгоценности, и отошли в сторону. Над нами зазвенел тонким мелодичным голосом колокольчик. У здания стали собираться люди, не спеша и не толкаясь, терпеливо дожидаясь, когда можно будет подойти к столу, приближались, внимательно разглядывали то, что лежало там. Кто-то радостно поднимал руку, показывая всем, что, нашёл то, что принадлежит ему. Кто-то смотрел и отходил, ничего не взяв. Честно говоря, я был ошарашен. Им и в голову не приходило, взять что-то чужое. Мои люди передрались бы. Да, и я не преминул бы стянуть что покрасивее, хотя бы кристаллы Шайтуна, ведь наверняка он их взял в Арде, где их выращивали, а значит, они никому не принадлежали. А эти ненормальные какие-то. Правда, потом я подумал, что им же не нужны кристаллы, продать их негде. Это другой мир, стоящий на самой нижней ступени развития. Им еще тысячу лет надо развиваться, чтобы достичь нашего уровня.
Как жаль, что мы не смогли перетянуть их на свою сторону. Да, за один такой камешек они могли бы купить у нас несколько стрекоз. Летали бы друг к другу в гости. Интересно, отчего они, бывая у нас, на нашей планете, не взяли хотя бы несколько наших достижений. Даже те же самые машины? Удобное и быстрое передвижение. А то ездят на своих многоножках. Впрочем, что я хочу от них? Их мозги замороженные какие-то, поэтому и сами недоразвитые. Жаль их!
Смотреть на аларианцев мне стало скучно. Я отвернулся. Мужики стояли, вытянув шеи, и неотрывно смотрели на то, как их добро расходится по "чужим" рукам. Змееножцы разговаривали со Знающими. Нас никто не охранял. И я сделал шаг в сторону, отошел от нашей группы, и двинулся вдоль улицы вперед.
Завернув за угол, остановился, заглядевшись на молоденькую аларианку, которая заплетала ветви какому-то растению, предварительно очистив их от листьев. Ее пальцы мелькали среди тонких стебельков, это мне напомнило, как моя бабушка создавала кружева при помощи коклюшек. Меня всегда удивляло, как это у нее получается, только легкое движение, равномерный стук, и перед тобой уже маленькое воздушное чудо. Девушка, видимо почувствовала мой взгляд и посмотрела на меня своими большими синими глазами, вспыхнула, но взгляда не отвела. Я слегка склонил голову, приветствуя ее. Над верхней губой красавицы зацепилась паутинка. Машинально вытер свои губы, давая ей понять, что с ней что-то не так. Брови ее поползли вверх, и удивление коснулось этого милого лица. Она бросила свое занятие и кинулась в дом. Вскоре, она появилась с плошкой в руке, и направилась в мою сторону. За ней на крыльцо вышли взрослые аларианцы. Видимо, ее родители. Они сурово и неприязненно смотрели на меня, и ласково на дочь. Девушка подошла ко мне ближе, неся плошку с какой-то красноватой жидкостью. Я протянул руки, стараясь ласково улыбаться, но она, не дойдя до меня трех шагов, поставила плошку на землю и отбежала в сторону. Меня охватил гнев, что я ей зверь какой? Разве можно вот так обращаться с людьми? Не нужно мне от нее ничего. Грязно выругался, все равно не понимают ни черта, презрительно смерил ее глазами, и, отвернувшись, я пошёл дальше по улице, не оглядываясь, чувствуя, как внутри меня клокочет ярость к этим невоспитанным людям.
Улица была длинная, мне навстречу попадались аларианцы, которые старательно обходили меня. Мощенная ярким жёлтым булыжником улица кончилась, впереди была дорога, засыпанная таким же жёлтым песком, и огражденная по обеим сторонам большими валунами. Справа я увидел симпатичный дом, стоящий чуть в отдалении, его ограждала тонкой работы чугунная решетка. С моего места, где я стоял, было видно, что стены его создают прямой угол, и там, склонившись над корзиной с младенцем, стояла аларианка. Меня поразило то, что волосы ее были короткие. Хотя все здешние женщины носят косы, да и сама она показалась мне знакомой. Девушка выпрямилась и оглянулась.
- Сюанна! - изумленно вскрикнул я.
