Ну, вот! Случилось то, чего я так боялась! Вот неумёха. Веду себя глупо, вместо того, чтобы спрятаться, выставляю напоказ. Обманывать Соя не имело смысла, он обладал способностью - чувствовать ложь. Значит, надо говорить полуправду, а лучше правду.
- Я не знаю, что со мной. Я должна что-то сделать. А что не знаю. Я должна с кем-то поговорить. Но как найти этого человека, тоже не знаю. Я не могу сидеть на месте, внутри меня тикают часы, напоминая о том, что надо спешить. Я это твердо знаю. Я непонятно говорю?
- Знаешь, я, кажется, понимаю тебя.... Хочешь, я попробую помочь?
- Мне? А как?
- Ты должна позволить мне коснуться твоего сознания. Это не больно.
Я замотала головой, отказывая ему. Но самой вдруг стало интересно. Как это у него получиться? Что он может сделать? А еще, он так же наполняет сознание силой, как я и Смий, или по-другому?
- Ладно, - согласилась я.- А когда?
- Вот позавтракаем, - и пойдем ко мне в лабораторию.
- Я с вами, - встряла Пада.
В светлой комнате, где кроме кушетки и кресла ничего не было, Сой усадил меня перед собой, и, глядя мне в глаза, вытянул руки, как бы, обхватывая мою голову, но не касаясь ее. Я напряглась, заполнила силой свой мозг, тем самым поставив защиту. И тут почувствовала, что он просто направляет тепло на определенный участок головы, это было похоже на то, как волна бьется о берег, нахлынет и отойдет, потом снова нахлынет...
Я вслушивалась в новые ощущения, и вдруг перед моими глазами встала картина, я в странном помещении, темном, длинном, освещенном лампами на потолке. Вдоль стен стеклянные аквариумы, а внутри змеи. Я иду вдоль стекол, и что-то говорю кому-то, кто рядом, но кому, не вижу. Вот за окном вижу огромную зелено-коричневую змею. Ее хвост лежит у стекла. И вдруг он зашевелился. Я начинаю пятиться. Потому что чувствую, как по моему телу ползет этот хвост. Кожей ощущаю, прохладную чешую, опоясывающую и грудь, и живот. Я закричала от ужаса и страха. Я кинулась бежать, расталкивая людей, открывая какие-то двери. У меня было одно желание - вырваться, скинуть змею, но она все сильнее и сильнее сжимает мое тело.
Кто-то схватил меня, вырываюсь и ору. Вокруг люди, они кричат вместе со мной. Я пытаюсь скинуть этот хвост, и не могу...
Очнулась лежа на кровати, надо мной испуганные лица Фрида, Соя, Алекса и Пады.
- Как ты? - спрашивает Алекс
- А что со мной было?
- Ты бежала по институту с таким криком, что перепугала всех. Мы с трудом смогли тебя поймать, ты вырывалась, и пыталась сорвать с себя рубашку, - ответила мне Пада. - Что ты видела? Где ты была?
- В серпентарии, - медленно сказала я, "вспомнив" страшное для меня слово.
- И... - поинтересовался Сой.
- Я голая, а там змея, она ползет по мне... - прошептала я, и схватилась за грудь, мне снова показалось, что под рубашкой что-то шевелиться.
- Тише, тише! Змеи нет, нет змеи, - глядя мне в глаза, громко проговорил Сой...
- Нет змеи... - повторила я, - нет змеи... нет...
А потом вскочила. Села на кровати и схватила Алекса за руку:
- Прости меня, пожалуйста, прости меня!
В эту минуту мне нужно было, чтобы Алекс простил меня, я совершила страшное. Он должен простить!
Но тут легкий укол в плечо, и я проваливаюсь...
И сквозь сон я слышу крик большеглазки. Так кричит маленькая птица с большими глазами. Они водятся в лесу около Ирия. Скоро полночь. Я дома, пронеслось в голове. Открыла глаза. Нет. Кровать, комната. Я в Азграде. Но крик продолжается. Подбегаю к окну. Да. Это кричит большеглазка. Феофан, поняла я. Быстро оделась, вскочила на подоконник и полетала на звуки.
Феофан сидел на полянке, и, держа руки у рта, выдавал трели.
- Феофан, - закричала я, опускаясь рядом с ним.
- Дайри, ну, наконец-то! Сколько можно кричать. Я весь лес разбудил. Ты летаешь? Ты летаешь! - Радостно закричал он, обнимая меня.
- Я так испугалась, - прошептала, прижимаясь к нему, - я боялась, что ты меня не найдёшь?
- Я-то и не найду! - изумился он, - да я теперь тебя почувствую, даже если улетишь на другую планету. Я же... - он запнулся, - хозяин леса, и много чего могу. Рассказывай, что случилось?
Я рассказала, только почему-то опустила видение про змею. Странное было чувство, то, что я видела, никому говорить нельзя. Меня сковывал ужас от того, что я открылась кому-то еще. Мне было так стыдно, что твердо решила не возвращаться.
- Да... - протянул Феофан, и дернул себя за рубашку. Посмотрел на пустые пальцы, потер лоб:
- Моя вина. Забыл, что у них праздник Поводыря в это время. Не предупредил. Ты не думай, такое представление, у них только раз в году. В остальное время, они просто стоят в своем Храме, и шёпотом просят у своего Бога помощи. Ну, да, ладно! Ты все сделала правильно. Память у них стерла, вот только надо было сначала в воздух подняться, а потом уже лишать их воспоминаний о себе.
- Почему?
