Баба Груня вела меня за руку. Я вертела головой, осматривая внутреннюю роспись. В ней что-то было отталкивающее. По потолку грязно белые облака, на стенах изображение тоскливого пейзажа с жалким кустарником. А впереди... Мне стало плохо...
На противоположной от двери стене висело огромное колесо, и на нем обезглавленное тело, внизу колеса выступ, с круглым невысоким поленом, на котором лежала голова с закрытыми глазами.
У этой же стены, находилась высокая большая ступень. В середине ее был установлен стол, на нем опять колесо, но уже поменьше, на котором лежал странного вида человек, ростом не больше ребенка, голова висела над колесом. А прямо под ним широкая серебряная чаша на высокой ножке. Присмотревшись, я поняла, что это не настоящий человек. А просто фигурка, слепленная неизвестно из чего, но сделана хорошо. Лицо приятное, глаза большие, удивленные, на щеках румянец... Это был их Бог.
На ступень поднялся служитель Поводыря в золотых одеждах и запел красивым басом. Слов я не понимала. Но и от его голоса, и от безголовой фигуры мне стало не по себе. Голова кружилась, к горлу поднималась дурнота. На ступеньку поднялся еще один служитель в серебряной одежде с подносом.
- Дети мои! - загрохотал первый служитель, - только в этот день вы можете прикоснуться к чуду, вкусить плоть нашего Поводыря и испить его кровь, чтобы вместе с ними вошли в вас и послушание, и высший свет, который поднимется в чертоги Высшего Бога. . И услышит ваши просьбы наш Первый и Единственный слуга его, ибо теперь вы станете им, а он вами.
С этими словами, он выхватил откуда-то из-за складок одежд нож и рубанул по шее. Голова отскочила, ее ловко на поднос поймал второй служитель. А из горла хлынула кровь, и полилась в чашу.
Из моей груди вырвался крик. Все, кто был рядом, отшатнулись, и я осталась стоять одна.
- Тише, тише, - шептала мне стоящая сзади меня баба Груня, - ты чего! Это же хлеб и вино. Это не по-настоящему...
- А! - пробасил первый служитель, глядя на меня каким-то неприятным взглядом, - внучка бабы Груни, из города! Это хорошо! Иди ко мне девонька, тебе первой, как нашей гостье, дам возможность вкусить...
И он оторвал от головы, лежащей на подносе нос, и протянул мне вместе с маленькой мисочкой, в которую второй служитель налил черпаком из чаши красную жидкость...
Не помню, как я оказалась на улице. Еле добежала до кустов, и меня вырвало. И тут же почувствовала, как кто-то крепко и больно схватил меня за ухо:
- Да, как ты, дрянная девчонка, смела, осквернить наш праздник! Городская стерва! Нет в тебе страха, нет послушания! Вызывайте главного полицая, ее надо отправить к людям Барона, там она не только хлеб и вино, сырое мясо научиться жрать... - гневное лицо первого служителя было красным. Казалось, он сейчас лопнет от ярости.
- Таких, как ты надо сечь, чтобы душа твоя очистилась, и стала невинной душой четырехлетнего ребенка, - вторил ему второй служитель.
Я оттолкнула жирного бугая от себя, и посмотрела в его налитые кровью глаза, во мне все кипело, а ухо горело.
- Не смейте прикасаться ко мне, - крикнула я, - вы не имеете права! Вы - людоеды!
- Ты что сказала? - первый служитель замахнулся. Я отшатнулась, и он ударил воздух.
- Вяжите ее... - закричал второй служитель.
Но я уже пришла в себя. Вокруг нас собралась почти все жители. Обвела их взглядом, проникла в их сознание, и стерла память о себе, а служителям приказала стать четырехлетними детьми. Хоть так станут чистыми. А сама поднялась в воздух и отлетела подальше. Оглянулась.
Бугай в золотой одежде удивленно смотрел на толпу, окружившую его, и вдруг спросил: - А где мама?
В ответ тишина. Он сморщил нос и опять повторил:
- Где мама? Я к маме хочу...
Баба Груня всплеснула руками:
- Люди добрые, наш служитель в детство впал...
Дальше я уже смотреть не стала. Я полетела к лесу. Лавировать между деревьев не умела, опустилась на землю и побежала. Я звала Феофана, кричала. Кто-то мне ответил:- Иди сюда, я здесь!
Бросилась на голос. Приблизившись, увидела между деревьев полицаев с собаками.
- Взять ее, - раздалась команда, и псы кинулись на меня. От страха завизжала и бросилась бежать. Потом поднялась в воздух, и, натыкаясь на ветки и стволы, полетела вперед. Какая-то ветка, хлестнула меня по лицу. От неожиданности упала на землю и покатилась вниз, ударяясь о коряги. Сзади слышался визг собак и голоса мужчин...
Очнулась в машине. Я лежала на заднем сидении, укрытая какой-то тканью. Приподнялась. Мы мчались с огромной скоростью по почти пустой дороге. За рулем сидел мужчина:
- Не поднимайся, лучше полежи. Не надо, чтобы тебя кто-то видел. Скоро приедем, - проговорил он, не поворачиваясь ко мне. Но я все равно села. Передо мной над верхним стеклом было небольшое зеркало. Я посмотрела туда. Это был Архинал. В глазах помутнело, и я чувствовала, что падаю.
