Боже, как он красив! Я оглядывала его с ног до головы. Книга проделала удивительно точную работу, вплоть до более чем щедрого мужского достоинства.
Но она неправильно воспроизвела татуировки. Я знала каждый дюйм этого тела. Когда я в последний раз видела Иерихона Бэрронса голым, он был покрыт красными и черными защитными рунами, а позже они украсили даже его руки от бицепса до запястья. Теперь татуировки были только на животе.
— Лажаешь, — сказала я Книге. — Но это была неплохая попытка.
Фальшивый Бэрронс напрягся и слегка подался вперед. Мне даже показалось, что он собирается на меня напасть.
— Я лажаю? — прорычал клон Бэрронса.
И зашагал ко мне. Мне было сложно смотреть ему в лицо, поскольку на уровне моих глаз прыгало нечто другое.
— Какое слово тебе непонятно? — мягко спросила я.
— Прекрати таращиться на мой член!
Ну да, это определенно иллюзия.
— Бэрронсу нравилось, когда я смотрела на его член, — сообщила я иллюзии. — Он был бы рад, если бы я таращилась на его член целыми днями и слагала оды о его совершенстве.
Одним текучим движением он хватает меня за воротник и вздергивает на ноги.
— Это было до того, как ты убила меня, имбецилка хренова!
Я невозмутима. Его близость как наркотик. И я его хочу. Я схожу с ума. Мне ни за что не удастся остановить этот обман.
— Видишь, ты признаешь, что умер, — парирую я. — И я не имбецилка. Имбецилка бы тебе поверила.
— Яне мертв. — Он бросает меня в стену и прижимается своим телом.
Мне так приятно прикосновение рук лже–Бэрронса, так важна возможность смотреть в иллюзию его темных глаз, что я едва чувствую, как моя голова врезается в стену. Это куда реалистичнее коротких видений в черном крыле Белого Особняка.
— Мертв.
— Нет.
Его губы так близко. Какая разница, что это не он? У иллюзии его губы. Его тело. Неужели один фальшивый поцелуй — это так много? Я облизываю губы.
— Докажи.
— Ты ждешь, что я буду доказывать, что не мертв? — недоверчиво переспрашивает он.
— Я ведь немного прошу. В конце концов, я тебя заколола.
Он упирается ладонями в стену по обе стороны от моей головы.
— Умная женщина не стала бы напоминать мне об этом.
Я вдыхаю его запах, пряный, экзотический, драгоценное воспоминание, благодаря которому я чувствую себя живой. Электрическое напряжение, всегда заряжавшее воздух вокруг Бэрронса, жужжит у меня на коже. Он обнажен, я прижата к стене, и пусть я знаю, что это козни Книги, мне трудно сосредоточиться на его словах. Он кажется таким настоящим. За исключением татуировок. Книга знала размер его пениса, но не смогла воссоздать тату. Маленький просчет.
— Впечатляет, — бормочу я. — Правда.
— Мне, на хрен, неинтересно, что вас там впечатляет, мисс Лейн. Меня интересует только одно. Вы знаете, где «Синсар Дабх»? Вы нашли ее для этого долбаного ублюдка–полукровки?
— О, вот это уже перебор. — Я фыркаю от смеха. Книга создала иллюзию, которая является ее продолжением, и спрашивает меня, где «Синсар Дабх».
— Отвечайте, или я вам голову оторву!
Бэрронс никогда бы этого не сделал. «Синсар Дабх» допустила еще одну ошибку. Бэрронс поклялся хранить мою жизнь и до конца остался верен этой клятве. Он умер, чтобы спасти меня. Он бы никогда не причинил мне вреда и уж тем более не убил бы.
— Ты ничего о нем не знаешь! — рычу я.
— Я знаю о нем все. — Он чертыхается. — Обо мне.
— Не знаешь.
— Знаю.
— Ерунда!
— Нет!
— Да!
— Нет! — Он громко выдыхает. — Проклятье. Мисс Лейн, вы меня, на хрен, с ума сводите.
— Взаимно, Бэрронс. И перестань ругаться, ты перегибаешь палку. Настоящий Бэрронс ругается не так часто.
— Я, на хрен, знаю, сколько именно долбаных «хренов» использует Бэрронс. Вы знаете его хуже, чем думаете.
— Прекрати им притворяться! — Я толкаю его в грудь. — Ты не он и никогда им не станешь!
— К тому же это было до того, как вы убили меня и решили заменить Дэрроком. Прошло меньше месяца! Сильно горевали, мисс Лейн?
Да как он смеет? Я состою из одного только горя. Ходячее горе и месть.
— К твоему сведению, ты был мертв три дня. И я ничего такого не делала. Убирайся отсюда. Уходи. Сейчас же. — Я отталкиваю его руки и проношусь мимо. — Я не стану обсуждать с тобой мотивы своих действий, поскольку тебя здесь нет. Это чересчур даже для меня.
Он хватает меня и рывком ставит обратно.
— Вам лучше поверить в то, что я здесь, мисс Лейн, и в то, что я убью вас. Вы не могли бы доказать свою верность — точнее, отсутствие таковой — более убедительно. Вы прыгнули на меня в тот же миг, когда Риодан сказал, что я опасен, и убили без промедлений…
— Я медлила! Я не хотела убивать своего монстра–хранителя! Риодан сказал, что выхода нет! Я не знала, что это ты!
Отлично. Теперь я спорю с фальшивым Бэрронсом от «Синсар Дабх» о том, почему убила его. Ну зачем ей такое со мной вытворять? Что Книга может получить от этого спора?
— Вы должны были это знать!
Я понимаю, что должна остановить его, развеять иллюзию, но не могу этого сделать.
