Приливы войны полностью

Тем не менее он настаивал. Я посетил его в тюрьме и выслушал его рассказ. В те дни у меня было много дел. Тогда сам Сократ был приговорён к смерти и ожидал казни в стенах той же тюрьмы; да и семья отнимала у меня много времени. И всё же я согласился помочь этому человеку подготовить его защиту. Я сделал это не потому, что верил в его оправдание — он не был достоин оправдания и сам подтверждал свою вину, — но потому, что чувствовал необходимость огласить его историю, хотя бы только перед судом. Требовалось поставить перед демократией зеркало, чтобы она увидела: осуждением своего благороднейшего гражданина, моего учителя Сократа, она совершила злодеяние по отношению к государству.

Высказав это, мой дед долго молчал, погрузившись в воспоминания об этом человеке и стараясь вновь погрузиться в атмосферу далёкого времени.

   — Как звали того человека, дедушка?

   — Полемид, сын Николая.

Я смутно помнил это имя, но никак не мог соотнести его ни с кругом известных лиц, ни с ситуацией.

   — Это человек, который убил Алкивиада, — подсказал мне дед.

Группу покушения, — продолжал мой дед, — возглавляли два аристократа из Персии, действующие по приказу фригийского губернатора. Морем они прошли из Абидоса на азиатском берегу Геллеспонта до цитадели во Фракии, куда в свою последнюю ссылку направился Алкивиад. Обнаружив его там, убийцы погнали его через проливы в Азию. Персов сопровождали три спартанских аристократа. Один из них, Эндий, некогда был близким другом Алкивиада. Они были назначены своим правительством не участвовать в убийстве, но быть свидетелями. Им надлежало собственными глазами увидеть и затем подтвердить исчезновение с лица земли этого человека — последнего, кого они всё ещё боялись. Такова была слава Алкивиада, что многие верили, будто он в силах обмануть даже самого последнего из магистратов — Смерть.

С ними находился профессиональный убийца, Теламон из Аркадии, который отобрал группу из полудюжины сторонников. Он лично спланировал, акцию. Полемид из Афин был его сообщником.