Слышала, что родители этой девочки писали даже письмо президенту и обращались в органы, правда, судя по всему, толку от их стараний мало. Никого к ответственности не привлекают.
Однако руководство решило: нужно исправить запятнанную репутацию, доказать обществу, что в училище царит мир и любовь, поэтому наш класс отправили на товарищескую прогулку, впервые отменив дополнительные тренировки.
Мы заходим в кафе у реки, здесь приятная атмосфера и вкусно пахнет сдобой. Нас пятнадцать человек — только девочки. Многие болтают, я же молча сажусь в уголок. Выпиваю воду вместо чая, десерты мы не берем. Зато делаем фотографии, опять же для социальных сетей, дабы показать, как классно проводим время.
В какой-то момент мне приспичивает в туалет. Я поднимаюсь из-за стола, растерянно оглядываюсь, и тут Лана подсказывает, что женский с серой дверью, табличек здесь почему-то нет. Благодарно киваю ей, захожу в уборную и едва не падаю в обморок, увидев тебя.
— Глеб, — шепчу растеряно. Несколько секунд ты явно тоже недоумеваешь, потом подходишь к раковине и моешь руки.
— Так истосковалась по мужскому вниманию? — наконец, подаешь признаки жизни ты, вытирая ладони салфетками.
— Это уборная.
— Мужская.
— Мне Лана сказала… — смущенно натягиваю на пальцы рукава от кофты.
Ты подходишь ко мне, сейчас мы одного роста, и так внимательно разглядываешь меня, словно хочешь что-то увидеть. Кто-то дергает ручку, пытаясь войти, но ты грозно кричишь:
— Занято!
И на той стороне покорно слушаются. Я в очередной раз поражаюсь, как в свои детские годы ты настолько умеешь голосом демонстрировать собственное превосходство.
Вблизи я замечаю, что твои зеленые глаза при тусклом освещении меняют оттенок. Они похожи на холодное северное море, куда нельзя ступать, иначе замерзнешь насмерть. Ты для меня — закрытая книга. И, кажется, это никогда не изменится.
— Слышал, мамочка тебя хвалила, — яд сочиться из твоих уст.
— Я добилась успехов, — зачем-то сообщаю тебе, ощущая невероятную гордость. — И это только начало.
— Тебя все ненавидят, и это тоже только начало, — обещаешь ты. Я растерянно смотрю на тебя, пытаясь понять, угрожаешь или по негласной традиции хочешь задеть меня обидным словом.
— Если ты меня ненавидишь, это не значит, что меня ненавидят все.
— Тогда почему ты оказалась в мужском туалете?
