Времени было немного, и Роберт прикидывал наиболее удобный маршрут для посещения указанных адресов. Свежий морской ветер дул в лицо, и, окончательно взбодрившись, Вуд постарался представить как можно больше вариантов. Как ни крути – а поведение Эдвина вызывало много сомнений. Бедственное положение, сокровище… Но… зачем ему это надо? Если на столь низкий поступок его подбили мысли о содержании дома и матери, то как он собирается воспользоваться вырученными за проданный каргас деньгами?
С наивысшей точки улицы открывался изумительный вид на море, холодное и пустое. Вглядываясь в даль и пытаясь отыскать линию горизонта под свинцовым небом, Роберт не мог отделаться от ощущения чего-то неправильного. Он остановился и понял, что его сбивает – пестрое пятно, копошащееся на берегу впадающей в море речушки.
«Цыгане, что ли? – подумал Роберт и повернул в ту сторону. – Этот народ любит совать нос в чужие дела, попробую расспросить, не видели ли они чего…»
Оживление объяснялось просто: табор собирался в дорогу. Людей в нем было не так уж и много, но они столь громко галдели, суетились и перекрикивались, что Роберту на миг померещилась гигантская толпа. Приблизившись к ним и чуть оглядевшись, Вуд смог выделить их предводителя – высокого молодого мужчину с волевым выражением лица, который стоял на пороге крытой кибитки и не издавал ни звука.
– Добрый день! – Роберт приподнял шляпу и приветливо улыбнулся. – Это вы – цыганский барон?
– Добрый-добрый… – мужчина ответил не менее приветливой улыбкой. По его цепкому взгляду Роберт понял, что тот уже успел разглядеть его, составить какое-то мнение и принять решение. – К сожалению, не барон и вряд ли им буду. Вы что-то хотели?
Роберт подошел к цыгану и встал рядом, полубоком, одновременно и продолжая беседу, и разглядывая других цыган. То, что издалека казалось суматохой, было достаточно слаженным действием. Мужчины крепили точильные станки и инструменты к повозкам, женщины упаковывали одежду и утварь, подростки ловили худых куриц. Возле кибиток паслась всего одна пегая лошадка с мохнатыми ногами, но, судя по приготовленной и аккуратно разложенной упряжи, остальных вот-вот должны были пригнать с пастбища.
– Меня зовут Роберт Вуд, и я ищу одного человека. Эдвин Лоуэлл. Ничего не знаете о таком?
– Меня зовут Влад, этого человека я знаю, он приезжий.
– А когда вы видели его в последний раз?
– Не помню… – безмятежно произнес цыган, раскуривая трубку. – Он ничего у нас не заказывал.
– И чего-либо необычного в последние дни здесь не происходило?
Цыган немного помолчал, потом пожал плечами и крикнул что-то худенькому подростку. Тот кивнул и побежал исполнять приказ.
– Мы уезжаем, до зимы надо успеть соединиться с остальными ветвями семьи, – сказал Влад. – Я вожу этот табор уже три года после смерти отца, и мы ни разу не связывались ни с чем необычным. Надеюсь, так и дальше пойдет. Сплетен мне тоже не известно, за слухами и наблюдениями – это к женщинам… Позвать мою сестру?
– Было бы неплохо, – с благодарностью воскликнул Роберт.
Влад заглянул в кибитку и крикнул:
– Гало!
Роберт приготовил новой собеседнице вежливую улыбку, но, увидев появившуюся на пороге дородную цыганку, не смог сдержать восхищения и даже поклонился ей, как даме своего круга:
– О, мисс Гало! Ваш брат говорит, что вы можете рассказать мне об Эдвине Лоуэлле.
Смерив его изучающим взглядом, цыганка приняла какое-то свое решение с такой же скоростью, как и Влад.
– Лично я с ним не знакома, но видела издалека и кое-что слышала о нем.
– Что-то любопытное? – Роберт протянул ей несколько шиллингов, и Гало спустилась со ступенек, оказавшись не столь уж и огромной – чуть выше самого Вуда.
– Это же вы привезли сюда бедных сестер Беккет? – необычно тихо для цыганки спросила она.
– Да, я, и потому… – начал Роберт, но женщина перебила его:
– Я бы не стала вам ничего говорить, но раз уж вы добрый человек и помогаете им… – Цыганка замялась, но потом заговорила быстро-быстро: – Я гадала местным жительницам на разное… С тех пор как сестры Беккет появились здесь, многие вдовушки и девицы на выданье приходили ко мне с вопросами: не составят ли эти птички им конкуренцию? Молодые, красивые, свалились как снег на голову… Их сразу же все заметили и стали бояться. Понимаете?
– Не совсем, – опешил Роберт.
– Девочки выглядели не особенно обеспеченными и могли отбить их женихов или возлюбленных.
– Да это же дочери полковника Беккета! Как вы смеете…
– Тс-с… успокойтесь, я их видела, девочки хорошие и находятся под надежным присмотром. Сплетни быстро утихли. Одна из клиенток говорила мне, что старшую замечали пару раз с Лоуэллом, общались они в рамках приличия, но у жительниц города появилась надежда, что эта пара рано или поздно уберется отсюда. Что до Патриции, я подарила ей яркую алую ленту в надежде, что малышка не решится хранить такую вещь дома и отдаст ее своему избраннику, не смейтесь, я хорошо знаю, что творится в головах молоденьких девчонок, и могу предсказывать их поступки, но пока лента нигде не проявилась.
