— Приглашение для вас и вашей пары,
Волк продолжал отступать, не поворачиваясь спиной к Берну. Пройдя через входную дверь, он перешел к своей форме волка и убежал в полную силу.
Как, черт возьми, волк прошел мимо охранников на границе клана без обнаружения? Берн не был счастливым медведем. Он повернул тяжелый рельефный конверт в руке и сломал восковую печать. Дженна и Энди подошли к нему.
— Что это? — Спросила Дженна.
— Похоже, приглашение, — он вытащил из конверта лист и развернул записку.
Ох, чувак, у Мартина случится инфаркт, когда он услышит об этом, но как он мог сказать «нет»? Это было бы оскорблением альфа-волка.
У Берна мелькнуло миллион мыслей, но в первую очередь это была безопасность его клана. Ему нужно позвонить Мартину, но мягкая рука его пары покоилась на его руке. Он посмотрел в ее растерянные глаза.
— Прости, малышка. Обещаю, что все объясню, когда придем к тебе домой. Я должен позвонить. Почему бы тебе не найти то, что нам нужно на ужин. Энди поможет тебе.
Он поднял ее руку со своей руки и поцеловал ее ладонь, а затем положил ее руку на руку Энди.
— Пойдем, дорогая Дженна, расскажи мне, какие деликатесы ты ищешь на ужин сегодня вечером, — сказал Энди с легкой улыбкой, когда он увел ее.
Дженна оглянулась через плечо на Берна, но позволила себе направиться к выходу для выбора лосося и остальных ингредиентов на ужин.
Берн быстро набрал Мартина, и он ответил на первом гудке.
—
— У меня был гость в «Магазинчике Энди».
— О?
—
— Это была угроза, сэр?
— Нет, просто приглашение на ужин. Однако Вон Дрейк уже знает о моем спаривании. Насколько мне известно. Это заставляет меня нервничать. И тот факт, что этот волк прошел мимо наших охранников, не заметно… неприемлемо.
— Согласен, сэр. Мне жаль, — Берн слышал сокрушение во втором голосе. — Я позабочусь об этом.
— Знаю. Я буду с моей парой сегодня вечером. Не хочу, чтобы меня беспокоили, если это не чрезвычайная ситуация. Понимаешь?
— Да, сэр.
— Хорошо, — Берн повесил трубку без дальнейшего обсуждения и отправился на поиски своей пары. Он нашел ее возле кассы, пробивающей покупки. Замечательное время. Он прокрался к ней и обнял ее за талию, прижался к ее шее и поцеловал сладкое пахнущее пятнышко за ухом. Дженна вздрогнула, и он облизнул раковину ее уха и прошептал: — Ты вкусная как мед.
Легкий румянец окрасил ее щеки, Берн наклонился и коснулся ее щеки. Он хотел почувствовать ее тепло против его плоти. Ее кожа была мягкой, как шелк, и он закрыл глаза в блаженстве. Его пара.
Дженна хихикнула, и это вытащило его из транса.
— Щекотно, — сказала она.
Берн свел брови, и Дженна рассмеялась, глубокий богатый звук, который схватил его за яйца и потянул. Он не мог удержаться, развернул ее и притянул для поцелуя.
Дженна растаяла, обняв его за шею. Она потянулась к нему пальцами и прижалась всем своим телом. Ее грудь вжалась в его грудь, пульсирующая эрекция прижалась к нежному округлению ее живота. Боже, его пара была совершенством. Ему нужно вытащить ее отсюда куда-то в уединенное место. Он медленно смягчил поцелуй и использовал каждую унцию силы воли, которой обладал, чтобы отступить. Теперь не время и не место, чтобы очаровывать свою пару.
Энди прочистил горло:
— Это будет стоить тридцать пять долларов и сорок два цента.
Дженна начала открывать кошелек, но Берн остановил ее руку.
— Держи, — он протянул Энди пятидесятидолларовую купюру и взял два кулька. — Оставь сдачу, мой друг.
Он обнял Дженну и вывел ее из магазина.
— Пойдем, малышка, пошли домой.
***
Тысячи мыслей крутились в голове Дженны, когда они вышли на улицу. Что, черт возьми, было со всеми, кто звал Берна
— Я вижу, как колеса крутятся в твоей голове, моя пара. Обещаю, что объясню, когда мы вернемся домой, но это сложно, и я не хочу вдаваться в это на улице.
— Все так очевидно?
Берн изогнул бровь.
— Нет, моя пара, но я чувствую твое беспокойство и запах твоего нестерпимого гнева.
— Ты чувствуешь мой гнев? Это отвратительно. И что ты имеешь в виду, ты чувствуешь мое беспокойство? Как?
— Пока мы не связаны друг с другом. Мой медведь знает, что ты его пара, и, когда мы близки, он может ощущать твои чувства. Как только мы полностью сойдемся, я смогу почувствовать твои чувства, даже когда мы раздельно.