Техник проводив меня кивком, побежал к своим товарищам. Меня тоже ждали дела: нужно было принять поварское сырье для следующего рейса. Я ткнул пальцем в браслет и проверил номер терминала, указанный в выскочившей голограмме. Теперь мне следовало просто найти нужный терминал, и проверить груз. Я двинулся вдоль стеллажей, уходящих ввысь до самого потолка. Мне повезло: терминал оказался недалеко. Я выбрал номер рейса и отправил заявку. Рядом с терминалом расположилась очередная конвейерная лента, на которой мне и должны будут передать контейнеры со склада. Дальше, согласно инструкции удостоверившись что груз в порядке мне нужно было отправить заявку ботам для его транспортировки в грузовой отсек корабля. Я рассматривал ангар в ожидании груза когда на заурчавшей ленте появились первые контейнеры. Я начал методично вскрывать каждый, проверяя содержимое. Колбасы, сыр, овощи, тесто для хлеба и выпечки, чего тут только не было! Позади возникли огромные ящики с пайками и хлопьями на завтрак, коробки с кофейными зёрнами и сыпучкой по типу соли и перца. Удивительно, как при таком относительно небольшом экипаже у нас быстро проходит сыпучка. Родственникам они её таскают, что ли? Я усмехнулся своим мыслям, продолжая разбирать все это добро, пока не дошел до овощей. Вскрыв контейнер с помидорами я увидел аккуратно сложенные сочные зрелые плоды, выложенные на силиконовой прокладке. Приподняв ее я увидел такие же красивые помидоры. Но годы работы с поставщиками доказали, что в наши дни подделать внешний вид очень просто. Я протянул руку и выудил из ящика один из плодов. Он был переморожен в стазисе — методе шоковой заморозки, широко использовавшемся при транспортировке редких продуктов. Но зачастую поставщики злоупотребляли этой технологией, а это значило, что через пару дней вся партия превратится в кашу. Я начал перебирать все овощи и оказалось, что в таком плачевном состоянии находится всё мое овощное сырье. Стоя с огурцом в руках я напрягал извилины, вспоминая, что я должен делать в такой ситуации. Наконец я просто решил связаться с диспетчером. Ткнув в терминал я вызвал оператора склада. На голограмме возник мужчина средних лет, одетый в рабочий костюм "Рассела" и фирменную кепку. На слегка округленном покрытом щетиной лице застыла недовольная гримаса.
— Добрый день. — несмотря на явное раздражение он вежливо мне кивнул, — что вам нужно?
— Да тут такое дело… Груз у меня порченый.
— Чего? — оператор удивленно вздернул брови. — Минутку, я сейчас подойду.
Он отключился, а я остался ждать, слегка расстроенный тем, чем мне придётся сейчас заниматься. Предстояло запросить новую партию и отправить эту обратно на склад, как брак. А такие вещи меня жутко раздражали. Я люблю, когда вся система работает слаженно и четко, а подобные сбои ставят в дурацкое положение в первую очередь меня и требуют уйму времени. Самое неприятное в этой ситуации было то, что списывать приходилось продукты, бывшие в Полисе на вес золота. Сам бы я ни за что не расстался даже с перемороженными в стазисе помидорами, но регламент четко обговаривал, что такая партия — брак от которого следует избавляться. Надеюсь, хоть кто-то кроме меня его читал. Мои мысли прервал возникший рядом оператор, уже осматривающий вскрытые контейнеры и выжидающе почесывая свою щетину:
— Ну, что тут у вас?
Я указал ему на контейнеры с овощами:
— Они переморожены. Это нужно вернуть обратно поставщику. А мне нужна нормальная партия для погрузки на корабль.
Оператор вытащил из ящика ярко-красный с виду абсолютно спелый помидор, и посмотрел на меня, как на полного кретина. Но, надо отдать должное его выдержке, вместо потока брани он сказал лишь:
— Но они же вроде нормальные, нет?
Я терпеливо пустился в объяснения:
— Вы же чувствуете, какой он размякший? Его передержали в шоковой температуре, понимаете? Через пару дней он станет совсем мягким, как хурма. А через неделю у меня будет каша вместо овощей.
По его лицу сложно было сказать, возымели мои доводы нужный эффект или же нет. Возможно, он просто не знал, что такое хурма — джинн его разберет. С минуту оператор молча рассматривал овощи а затем, когда он повернулся ко мне я предложил то, чего хотел меньше всего:
— Может, позвать управляющего складом?
Я с удивлением приметил, как кислая мина оператора побледнела, выдавая настоящий страх. Глаза его бегали от «спелых» овощей на меня. Наконец, он выдавил:
— Сейчас я его вызову… подождите…
И он понуро побрел прочь
Снова потянулись минуты томительного ожидания, казавшиеся мне вечностью. Живот слегка заурчал: я так торопился закончить с завтраком для команды и сделать все дела, что и поесть толком не успел. Спустя пятнадцать минут я почувствовал подступающее раздражение: где этот управляющий?
Снова вызывать оператора не хотелось, поэтому я просто стоял и ждал, пока вдруг не завибрировал голокомм на моем запястье. Это оказался наш капитан, выражение его лица на маленькой голограмме было озабоченным:
— Джек, в чем у вас там дело?
Я, смутившись, промямлил:
