Я решила, что на сегодня достаточно бунтарства, и кивнула. Внимание моё привлек узор стола. Столешница не была ровной и гладкой — по всей поверхности стола были вырезаны замысловатые узоры. Я осторожно коснулась пальцами желобков, свивающихся в причудливом танце. Интересно, посуда на таком столе будет стоять весьма неустойчиво. Да это красиво, но зачем?
Тем временем леди Т’Эдербелин дала знак слугам, и шестеро человек внесли в столовую нечто, накрытое тканью. По очертаниям ткани угадывалась фигура человека. Я похолодела, а от неприятного предчувствия всё внутри сжалось в тугой комок. Как только непонятный предмет был уложен на стол перед нами, другие слуги поспешно расставили перед нами посуду. Элиния взяла нож, и ткань сдёрнули.
Я подавила рвущийся наружу крик. Посреди стола лежал крепко связанный человек. Он не мог ни пошевелиться, ни закричать, лишь дико вращал глазами, озираясь вокруг. Вампирша приблизила нож к горлу жертвы, а мне стало дурно. Я закрыла глаза, чтобы не видеть этого ужасного зрелища, но стало ещё хуже — обострились другие ощущения. Я слышала, как сталь вонзается в плоть, я чувствовала этот запах хлынувшей крови, я ощущала как угасает жизнь жертвы.
Когда я рискнула открыть глаза, то первое, на что наткнулся мой взгляд — окровавленное тело с развороченной грудной клеткой. Голова закружилась, и я едва справилась с подступившей дурнотой. А в это время с милейшей улыбкой леди Т’Эдербелин протягивала мне кубок, наполненный кровью, и тарелку, на которой лежало сердце несчастного. Теперь мне стало понятным назначение узора из желобков на столе — они подходили к месту каждого из сидящих, и по ним струилась кровь жертвы.
— Леди Д’Веллуойр, сегодня вы наша почётная гостья, а потому для вас самое сладкое, — промурлыкала она.
Её глаза гипнотизировали, холодный взгляд лишал воли. Я почувствовала, что не могу сопротивляться. Да и тёмная моя половина блаженно мурлыкала в предвкушении. Заворожено глядя в глаза вампирши, я протянула руку и взяла кубок. Но мне было трудно решиться на это. Рука моя замерла на уровне груди, я медлила.
— Пей, — я могла поклясться, что Темериус ничего не говорил, но я явственно слышала его голос.
Все трое вампиров выжидающе смотрели на меня. Я медленно поднесла кубок к губам. В ноздри ударил резкий металлический запах свежей крови. Снова подавив дурноту, я сделала глоток. И тут же выронила всё из рук — мне уже было всё равно, что они обо мне подумают, что они со мной сделают, даже если меня и ожидает участь этого человека. Сделав над собой нечеловеческое усилие, я проглотила кровь, обжигающую мой рот, и почувствовала, что проваливаюсь в спасительное небытие. Кто-то подхватил меня, кажется.
Темериус
Я чувствовал её состояние. Никогда ещё ей не было так плохо. Она смотрела на нас с диким ужасом, как на монстров. Впервые в жизни мне стало неуютно от осознания того, кем я являюсь на самом деле. Наша связь с девушкой никогда не казалась мне такой обузой, как сейчас, буквально выворачивая меня наизнанку, заставляя ощущать её эмоции и чувства.
«Пей!» — мысленно взмолился я.
Если она не сделает этого, это будет страшнейшим оскорблением для дома нашего Клана — отказ гостя от предложенного угощения фактически означает, что он объявляет нас своими врагами. Мы: я, моя мать и мой брат, затаили дыхание в ожидании.
Маргарет медленно поднесла кубок к губам и сделала глоток. Сгустившееся в воздухе напряжение развеялось. Мать и брат переглянулись, а я метнулся к девочке. И не зря — через мгновение она рухнула без чувств прямо мне на руки.
Леди Т’Эдербелин нахмурилась:
— В чём дело?
— Она не может пить кровь, — я вглядывался в бледное лицо Маргарет.
— Почему?
— Я не знаю. Энергию она поглощала с удовольствием.
— Вероятно, виной тому её человеческая оболочка, — невозмутимо отозвался Вольдемар, отхлебнув из своего кубка. — Мы же не знаем, что за чары применила к ней леди Селезида.
— Никому не под силу превратить вампира в человека. Даже Селезиде, — покачала головой Элиния.
— Но, тем не менее, перед нами живое доказательство того, что это всё-таки произошло. Если она действительно Маргарет Д’Веллуойр.
— Ты видел печать договора. Я не верю ни своим глазам, ни своим ощущениям. Всё говорит о том, что она человек. Но она действительно наследница Клана Д’Веллуойр… Темериус, отдай её на попечение слуг, и давайте уже ужинать. А то будете пить холодную кровь, — раздражённо отозвалась мать.
Я быстро взял свой кубок и осушил его, даже не почувствовав вкуса. Затем подхватил Маргарет на руки и покинул столовую, не обращая внимания на недовольство матери и брата.
========== Ты решил украсть мою невесту? ==========
Вольдемар
— Ах, какая неловкость, — так, добавить в голос побольше раскаяния и сожаления. — Маргарет, простите меня, умоляю. Позвольте?
Я взял её руку, которую я якобы случайно порезал, и прикоснулся губами к ладони, слизывая кровь. Рана затягивалась, но не так быстро, как у нас — влияние её человеческой оболочки. Девочка подавила томный вдох.
