Рэндалл подполз на четвереньках к бездыханному телу. Ее губы посинели от холода, и она не подавала никаких признаков жизни. Не чувствуя, как его сотрясает бешеная дрожь, он повернул ее голову набок и начал непрямой массаж сердца.
– Умоляю, Аврора, очнись. Прошу тебя, – сквозь зубы прорычал он, почти отчаявшись. – Ну же! Давай!
Аврора лежала неподвижно, словно тряпичная кукла. Трясущимися руками он убрал прилипшую прядь волос с ее лица.
– Пожалуйста, Аврора, не умирай. – Его голос дрогнул на последнем слове.
Одной рукой Рэндалл зажал нос и, прильнув к ее губам, начал вдыхать в нее воздух. Томас пристроился рядом и теперь делал массаж сердца. Секунды длились вечность. Рэндалл прижимался к синим холодным губам, отчаянно надеясь вдохнуть в них саму жизнь, но Аврора так и оставалась бездыханной.
Он опоздал. Не уберег ее.
– Душа моя, умоляю, очнись, – дрожащим голосом прошептал он и снова прильнул к ее губам, теряя всякую надежду.
Глухой вздох показался ему прекрасней, чем пение ангелов. Грудь Авроры сотряслась от кашля, а изо рта вытекали струйки воды.
Рэндалл резко выдохнул.
– Аврора. Моя Аврора, – шептал он, исступленно прижимая к себе ослабшее тело и рассеянно осыпая ее щеки и лоб короткими поцелуями. Его сердце готово было разбиться вдребезги от нахлынувшего облегчения, радости и чего-то еще, о чем он не хотел сейчас думать.
– Рэн… Рэн… Рэй… – тихим обессиленным голосом прошептала Аврора. И то, как она сократила его имя, отдалось в груди волной ранее неизведанного чувства. Рэндалл посмотрел в синие глаза, наполненные слезами, и у него появилось необъяснимое желание утонуть… но не в морской пучине, а в бездне этих глаз.
– Ваше Высочество, шторм усиливается, надо срочно возвращаться в замок.
Рэндалл спохватился и укутал ее в свой плащ, который догадался принести Томас. С его помощью он усадил Аврору на своего коня и помчался в замок. Заехав во двор, он подхватил ее на руки и стремительной походкой направился к своим покоям, на ходу отдавая распоряжения. Он чувствовал, как тело в руках сотрясается от холода и тихого плача.
– Подготовьте горячую воду и позовите лекаря. Живо!
Навстречу ему по коридору бежала Анна вместе с Норой и Тиной.
– Боже правый! Что случилось? Почему вы мокрые? – Глаза Анны были полны тревоги.
– Не сейчас, – рявкнул Рэндалл.
Сейчас ничто другое не имело значения. Он только хотел убедиться, что жизни Авроры ничто не угрожает.
Добравшись до спальни, Рэндалл уложил ее на кровать и принялся освобождать от мокрой одежды. Тина с Норой помогали ему, а Джоанна без лишних вопросов направилась к гардеробному шкафу и достала сухую сорочку и теплое платье.
– Рэндалл, можешь объяснить, что произошло?
– Она сорвалась с обрыва, – дрожащим от холода и нервного возбуждения голосом ответил Рэндалл. – Где носит лекаря?
На счастье Рэндалла, тот явился быстро.
– Ее Светлости ничто не угрожает, Ваше Высочество, – заключил пожилой целитель, осмотрев Аврору. – Я дал ей снотворную настойку. Ей надо отогреться и соблюдать постельный режим пару дней.
– Слава богу, – облегченно прошептал он и снова посмотрел на Аврору.
Она была бледной, но к губам уже начал возвращаться здоровый алый оттенок.
Аврора перевела на него пустой взгляд, вызванный действием снотворного.
– Спасибо, – едва слышно прошептала она и провалилась в сон.
Усталость накрыла Рэндалла с головой. Только сейчас он осознал, что трясется от пронизывающего все тело холода. На ватных ногах он подошел к гардеробу и, взяв сухую одежду, направился к выходу.
– Не спускайте с нее глаз и не оставляйте одну, – бросил он напоследок служанкам и, сделав паузу, обратился к Тине: – Подготовь успокоительные снадобья. Они могут пригодится.
– Ваше Высочество, что случилось? – напуганно спросила Тина.
– Аврора получила весть о кончине Герольда. Он умер от болезни.
С этими словами Рэндалл покинул спальню, так и не увидев взгляд служанки. Он отправился в покои матери, которые по его приказу держали в чистоте, словно мама была живой.
Переодевшись в сухую одежду, он хотел было разжечь камин, но не нашел огниво, а искать его или звать прислугу не было сил. Рэндалл забрался на кровать и, накрывшись толстым одеялом, провалился в нездоровый тревожный сон.
Аврора проспала двое суток. Благодаря снадобьям, которыми ее поили, она не видела снов.
После пробуждения первой она увидела Тину, сидевшую в кресле.
– Моя госпожа, как вы себя чувствуете? – спросила она заботливым тоном.
– Как в тумане. – Аврора села на кровати и протерла лицо ладонями, пытаясь взбодрить себя. К ней постепенно возвращались воспоминания. Ледяная вода, обрыв, надвигающийся шторм, письмо…
Аврора судорожно вздохнула. К горлу подступил болезненный ком. Содержимое письма отпечаталось в ее сознании кровавыми чернилами. Этой же кровью были запятнаны ее руки. Она зажмурила глаза и попыталась сдержать слезы.
– Моя госпожа, не изводите себя, он не достоин вашей скорби.
Аврора оглянулась на служанку, вопросительно приподняв брови.
– Принц Рэндалл рассказал о смерти Герольда, – ответила Тина на немой вопрос.
